Сайт тысячи и одной ночи
Сайт
ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ

перевод с арабского М. А. Салье





 
   
1001 ночь. Книга тысячи и одной ночи. Арабские сказки
 
 


1001 ночь. Арабские сказки

Книга тысячи и одной ночи


Оглавление

Рассказ о чистильщике и женщине

 

примечания в квадратных скобках [   ]

 

 

Тысяча и одна ночь. Сказки  
   Рассказывают также, что было время паломничества,  и  люди  совершали
обход, и когда народ толпился на дороге, вдруг один человек уцепился  за
покровы Каабы [318] и стал говорить из глубины сердца: "Прошу тебя, Аллах,
чтобы она рассердилась на своего мужа и я познал бы ее!"
   И его услышало множество паломников и его схватили и  привели  к  на-
чальнику паломничества, после того как  досыта  накормили  его  ударами,
сказали: "О эмир, мы нашли этого в почитаемых местах, и он говорил то-то
и то-то!"
   И начальник паломничества велел его повесить и сказал: "О эмир,  ради
посланника Аллаха, - да благословит его Аллах и да приветствует! -  выс-
лушай мою историю и мой рассказ, а после этого делай  со  мной  что  хо-
чешь", - "Рассказывай!" - молвил эмир. И человек сказал: "Знай, о  эмир,
что я человек из чистильщиков и работаю на скотобойне и вывожу  кровь  и
грязь на свалки. И случилось мне в один день из дней идти с моим  ослом,
который был нагружен, и я увидел, что люди бегут, и один из них мне ска-
зал: "Зайди в этот переулок, чтобы тебя не убили". И я спросил: "Что это
люди бегут?" И кто-то из слуг сказал мне: "Это гарем какого-то вельможи,
и евнухи отгоняют с дороги и бьют всех подряд, без разбора". И я зашел с
ослом в переулок..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести восемьдесят третья ночь

   Когда же настала двести восемьдесят третья ночь, она сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что человек говорил: "И я вошел  с  ослом  в
переулок и стоял, ожидая, пока разойдется толпа. И я  увидел  евнухов  с
палками в руках и с ними около тридцати женщин, среди которых была одна,
подобная ветви ивы или жаждущей газели, и она была совершенна по  красо-
те, изяществу и изнеженности, и все ей прислуживали. И, дойдя  до  ворот
того переулка, где я стоял, эта женщина взглянула направо  и  налево,  а
затем позвала одного евнуха. И когда тот предстал перед ней, сказала ему
что-то на ухо, и вдруг евнух подошел ко мне и схватил меня, и люди  раз-
бежались. И вдруг другой евнух взял моего осла и увел его, а потом евнух
подошел и связал меня веревкой и потащил меня за собою, и я не  знал,  в
чем дело, а люди, что стояли за нами, кричали и говорили:  "Аллах  этого
не позволяет! Это чистильщик, бедняк, почему его связали  веревками?"  И
они говорили евнухам: "Пожалейте его, пожалеет вас  Аллах,  и  отпустите
его!" А я говорил про себя: "Евнухи схватили меня только потому, что  их
госпожа почувствовала запах грязи и ей стало противно, или она  беремен-
ная, или ей сделалось нехорошо. Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, вы-
сокого, великого!"
   И я до тех пор шел за ними, пока они не достигли ворот большого дома,
и они вошли туда, а я за ними, и меня вели до тех пор, пока я не  пришел
в большую комнату, - не знаю, как описать ее красоту, - и она была  уст-
лана великолепными коврами. И затем женщины вошли в эту комнату (а я был
около евнуха, связанный), и я сказал себе: "Они  непременно  будут  меня
пытать в этом доме, пока я не помру. И не узнает о моей смерти никто!"
   И потом меня отвели в прекрасную баню внутри дома, и когда  я  был  в
бане, вдруг вошли три невольницы и сели вокруг меня  и  сказали:  "Сними
твои тряпки". И я снял бывшие на мне лохмотья, и одна из  девушек  стала
растирать мне ноги, а другая мыла мне голову, и третья разминала тело. А
покончив с этим, они положили передо мной узел с одеждой и сказали: "На-
день это!" И я воскликнул: "Клянусь Аллахом, я не знаю, как  надеть!"  И
девушки подошли ко мне и одели меня, смеясь надо мною. А затем они  при-
несли кувшины, полные розовой воды, и побрызгали на меня и я вышел с ни-
ми в другую комнату, и, клянусь Аллахом, я не знаю, как ее описать,  так
много было в ней ценных украшений и ковров. А войдя  в  эту  комнату,  я
увидел женщину, сидевшую на бамбуковом ложе..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести восемьдесят четвертая ночь

   Когда же настала двести восемьдесят четвертая ночь, она сказала: "До-
шло до меня, о счастливый царь, что человек говорил: "А войдя в эту ком-
нату, я увидел женщину, сидевшую на бамбуковом ложе (а ножки его были из
слоновой кости), и перед нею было множество невольниц. И,  увидав  меня,
она поднялась и позвала меня, и я подошел к ней, и она велела мне сесть,
и я сел с нею рядом. И она приказала невольницам подать кушанья,  и  они
мне подали роскошные кушанья всяких сортов, и я не знаю, как они называ-
ются и в жизни не знавал ничего подобного. И я насытился вдоволь, а пос-
ле того как убрали миски и вымыли руки, женщина велела принести плоды, и
они тотчас же появились перед нею, и она приказала мне есть, и я поел, а
когда мы кончили есть, она велела нескольким невольницам принести бутыли
с вином. И они принесли вина разных сортов и затем разожгли в  курильни-
цах всевозможные курения. И одна невольница, подобная месяцу, стала  по-
ить нас под напевы струн, и я опьянел вместе с той госпожой, которая си-
дела, и все это происходило, а я думал, что это грезы и будто я во  сне.
А потом женщина сделала знак нескольким невольницам, чтобы нам  постлали
в одной из комнат, и нам постлали в том месте, где она велела. И женщина
поднялась и, взяв меня за руку, отвела туда, где было постлано, и легла,
и я пролежал с нею до утра, и всякий раз, как я прижимал ее к  груди,  я
чувствовал запах мускуса и благовоний, и думал, что я не иначе как в раю
и что я грежу во сне.
   А наутро женщина спросила меня, где мое жилище, и я отвечал:  "В  та-
ком-то месте". И она велела мне уходить и дала мне платок, обшитый золо-
том и серебром, и к нему было что-то привязано: "Ходи на это в баню",  -
сказала она мне, и я обрадовался и сказал про себя:  "Если  в  нем  пять
фельсов, то это мой обед на сегодняшний день".
   И я вышел от этой женщины, как будто выходил из рая, и, придя в  свой
чулан, я развязал платок и нашел там пятьдесят мискалей золота. И я  за-
рыл их, и сел у ворот, купив сначала на два фельса хлеба и приправы. По-
обедав, я стал размышлять о своем деле, и просидел так до вечерней поры,
и вдруг пришла невольница и сказала мне: "Моя госпожа тебя требует!"
   И я пошел с невольницей к воротам того дома, и она спросила для  меня
позволения, и я вошел и поцеловал землю меж рук той женщины, а она  при-
казала мне сесть и велела принести кушанье и напитки, как обыкновенно, и
затем я проспал с нею, согласно обычаю, установившемуся с прошлой  ночи.
А утром она дала мне второй платок с пятьюдесятью мискалями золота, и  я
взял его и вышел и, придя в чулан, зарыл золото. И я жил таким образом в
течение восьми дней, приходя к ней каждый день вечером и выходя от нее в
начале дня.
   И когда я спал у нее восьмую ночь, вдруг вбежала бегом  невольница  и
сказала мне: "Вставай, поднимись в эту комнату!" И я поднялся в  комнату
и увидел, что она выходит на самую дорогу. И я сидел, и вдруг послышался
большой шум и топот коней в переулке; а в комнате было окно, возвышавше-
еся над воротами, и, посмотрев в него, я увидел юношу, подобного  восхо-
дящему месяцу в ночь полтаоты, верхом на коне и перед ним были невольни-
ки и солдаты, которые шли, служа ему. И он подъехал к воротам и спешился
и, войдя в комнату, увидел ту женщину сидящей на ложе, и поцеловал перед
нею землю, а затем он подошел к ней и поцеловал ей руки, но она не заго-
ворила с ним. И юноша не переставал перед нею унижаться, пока  не  поми-
рился, и он проспал подле нее эту ночь..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Двести восемьдесят пятая ночь

   Когда же настала двести восемьдесят пятая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что человек говорил: "Когда муж той  женщины
помирился с ней, он проспал подле нее ночь, а когда настало утро, пришли
к нему солдаты, и он выехал из ворот. И женщина поднялась ко мне и спро-
сила: "Видел ли ты этого?" И я отвечал: "Да!" И она  сказала:  "Это  мой
муж. Но я расскажу тебе, что у меня с ним произошло. Случилось,  что  мы
сидели с ним однажды в садике внутри дома, и вдруг он ушел от меня и от-
сутствовал долгое время. И я заждалась его и подумала: "Быть может, он в
доме уединения". И пошла в дом уединения, но не нашла его. И я  вошла  в
кухню и увидала невольницу и спросила ее о нем, и она  показала  мне  на
него, а он лежал с девушкой из кухонной прислуги. И тут я поклялась  ве-
ликой клятвой, что непременно совершу блуд с грязнейшим  и  нечистоплот-
нейшим из людей. И в тот день, когда евнух схватил тебя, было четыре дня
как я искала по городу кого-нибудь, кто бы был таков, и не нашла  никого
грязней в нечистоплотней тебя. И я позвала тебя, и было то, что было  по
приговору Аллаха над нами, и я освободилась от клятвы, которую дала".  И
потом она сказала мне: "А когда мой муж еще раз падет на девушку и будет
лежать с нею, я снова призову тебя для того, что у тебя со мной было".
   И когда я услышал от нее эти речи и она метнула мне в  сердце  стрелы
своих глаз" мои слезы так потекли, что поранили мне очи.  И  я  произнес
слова поэта:
   "Поцелуев мне десять дай с руки левой -
   И над правой узнай ее превосходство:
   Ближе знает ведь левая место срама,
   Обмывая всю грязь с него ежедневно",
   И после этого она велела мне уходить от нее, и мне досталось  от  нее
четыреста мискалей золота, и я расходую их. И я пришел  сюда  помолиться
Аллаху - слава ему и величие! - чтобы ее муж  еще  раз  вернулся  к  не-
вольнице - быть может, и я вернусь тогда к тому, что было".
   И, услышав рассказ этого человека, начальник  паломничества  отпустил
его и сказал присутствующим; "Ради Аллаха, молитесь за него - ему  прос-
тительно".