Сайт тысячи и одной ночи
Сайт
ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ

перевод с арабского М. А. Салье





 
   
1001 ночь. Книга тысячи и одной ночи. Арабские сказки
 
 


1001 ночь. Арабские сказки

Книга тысячи и одной ночи


Оглавление

Рассказ об ученом и халифе аль-Мамуне

 

примечания в квадратных скобках [   ]

 

 

Тысяча и одна ночь. Сказки  
  Передают также, что не было среди халифов из потомков аль-Аббаса  ха-
лифа более сведущего во всех науках, чем аль-Мамун [343].
   И было у него каждую неделю два дня, когда он устраивал диспуты  уче-
ных, и садились в его присутствии состязающиеся, из числа законоведов  и
богословов, по разрядам и чинам. И однажды, когда он сидел с ними, вдруг
вошел в собрание чужой человек в белых изношенных одеждах  и  поместился
среди последних людей, усевшись сзади законоведов, на незаметное  место.
И начались прения и приступили к затруднительным вопросам, - а обычай  у
них был таков, что вопрос задавали присутствующим на собрании по  очере-
ди, одному за другим, и всякий, у кого находилось тонкое словцо или  ди-
ковинная шутка, говорил ее. И вопрос ходил по кругу, пока  не  дошел  до
того чужого человека, и он заговорил и дал ответ лучший, чем ответы всех
законоведов. И халиф одобрил его слова..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста восьмая ночь

   Когда же настала триста восьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня,  о
счастливый царь, что халиф аль-Мамун одобрил слова этого человека и при-
казал поднять его с того места на более высокое. И когда дошел  до  него
второй вопрос, он ответил ответом лучшим, нежели первый ответ, и аль-Ма-
мун приказал поднять его на еще более высокое место; когда же  пошел  по
кругу третий вопрос, этот человек дал ответ лучший и  более  правильный,
нежели два первых ответа, и аль-Мамун приказал ему сесть к себе  близко.
А когда диспут кончился, принесли воду и вымыли руки, и подали  кушанье,
и поели, а затем законоведы поднялись и вышли. И аль-Мамун  не  позволил
тому человеку выйти вместе с ними, и приблизил его к  себе,  и  обласкал
его, и обещал ему милость и благоволение. А затем приготовили покои  пи-
тия, и явились прекрасные сотрапезники, и пошло по дугу  вино.  И  когда
дошла очередь до того человека, оп вскочил на ноги и сказал: "Если  поз-
волит мне повелитель правоверных, я скажу одно слово". - "Говори что хо-
чешь", - молвил аль-Мамун. И человек сказал: "Высокое мнение знает, - да
увеличит Аллах его высоту! - что раб был сегодня в этом почтенном собра-
нии, среди неведомых людей и низких собеседников, и что повелитель  пра-
воверных его призвал и приблизил из-за малой доли ума, который он  проя-
вил, и сделал его возвышающимся над степенью других, и привел его к пре-
делу, до которого не возносились его помыслы. А теперь он  хочет  разлу-
чить его с той малой толикой ума, которая возвеличила его после  унижен-
ности и дала ему изобилие после скудности. Но не будет того, и невозмож-
но, чтобы позавидовал ему повелитель правоверных  из-за  той  доли  ума,
проницательности и достоинства, которой  он  обладает,  ибо,  когда  раб
выпьет вина, удаляется от него разум, и приближается к нему неразумие, и
похищается у него пристойность, и возвращается он на  ту  же  презренную
ступень, на какой был, и становится в глазах людей  презренным,  неведо-
мым; и я надеюсь, что высокое мнение не похитит у раба этой жемчужины по
своей милости, великодушию и величию и по прекрасной своей природе".
   И когда халиф аль-Мамун услышал от этого  человека  такие  слова,  он
восхвалил его и поблагодарил, и усадил его на место,  и  почувствовал  к
нему уважение. Он приказал дать ему сто тысяч дирхемов и посадил его  на
коня и даровал ему роскошные одежды, и в каждом собрании он возвышал его
и приближал к себе больше всех законоведов, пока он де стал выше их всех
по степени и знатнее членом, а Аллах знает лучше.