Сайт тысячи и одной ночи
Сайт
ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ

перевод с арабского М. А. Салье





 
   
1001 ночь. Книга тысячи и одной ночи. Арабские сказки
 
 


1001 ночь. Арабские сказки

Книга тысячи и одной ночи


Оглавление

Рассказ о коне из черного дерева

 

примечания в квадратных скобках [   ]

 

 

Тысяча и одна ночь. Сказки  
   Рассказывают, что был в древние времена  великий  царь,  значительный
саном, и было у него три дочери, подобные полным лунам и цветущим садам,
и сын - словно месяц. И когда царь сидел в один из дней на престоле сво-
его царства, вдруг вошли к нему трое мудрецов, и у  одного  из  них  был
павлин из золота, у другого труба из меди, а у третьего конь из слоновой
кости и эбенового дерева [386]. "Что это за вещи и какова польза от  них?"
- спросил царь. И обладатель павлина сказал: "Полезность этого павлина в
том, что всякий раз, как пройдет час ночи или дня, он хлопает крыльями и
кричит". А обладатель трубы молвил: "Если трубу поставить на ворота  го-
рода, она будет для него как страж, и, когда войдет в  этот  город  вор,
она закричит на него, и его узнают и схватят за руки". А обладатель коня
сказал: "О владыка, полезность этого коня в том, что если сядет на  него
верхом человек, то конь доставит его в какую он хочет страну". -  "Я  не
награжу вас, пока не испытаю полезности этих вещей", -  сказал  царь,  и
потом он испытал павлина и убедился, что он таков, как говорил его обла-
датель, и испытал трубу и увидел, что она такова, как говорил ее облада-
тель. И тогда царь сказал обоим мудрецам: "Пожелайте  от  меня  чего-ни-
будь!" И они ответили: "Мы желаем, чтобы ты дал каждому из  нас  в  жены
дочь из твоих дочерей".
   А потом выступил третий мудрец, обладатель коня,  и  облобызал  землю
перед царем и сказал: "О царь времени, награди меня так же, как ты  наг-
радил моих товарищей". - "Сначала я испытаю то, что ты принес", - сказал
царь. И тогда подошел сын царя и сказал: "О батюшка, я сяду на этого ко-
ня и испробую его и испытаю его полезность". - "О  дитя  мое,  испытывай
его как хочешь", - ответил царь. И царевич поднялся и сел на коня и  по-
шевелил медленно ногами, но конь не двинулся с места. "О мудрец, где  же
скорость его бега, о которой ты говоришь?" - спросил  царевич.  И  тогда
мудрец подошел к царевичу и показал ему винт подъема и сказал:  "Поверни
этот винт!" И царевич повернул винт, и вдруг конь задвигался и полетел с
царевичем к облакам, и все время летел с ним, пока не скрылся.  И  тогда
царевич растерялся и пожалел, что сел на коня, и сказал: "Поистине, муд-
рец сделал хитрость, чтобы погубить меня! Нет мощи и силы, кроме  как  у
Аллаха, высокого, великого!"
   И он стал осматривать коня и, разглядывая его, вдруг увидел на правом
плече что-то похожее на петушиную голову и то же самое на левом плече. И
царевич сказал себе:  "Я  не  вижу  на  коне  ничего,  кроме  этих  двух
шпеньков". И стал поворачивать шпенек, который был на правом  плече;  но
конь полетел с ним скорее, поднимаясь по воздуху, и царевич оставил шпе-
нек. И он посмотрел на левое плечо и увидел  другой  шпенек  и  повернул
его; и, когда царевич повернул левый шпенек, движения коня замедлилось и
изменилось с подъема на спуск, и конь  все  время  понемногу,  осторожно
спускался с царевичем к земле..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста пятьдесят восьмая ночь

   Когда же настала триста пятьдесят восьмая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что, когда царевич  повернул  левый  шпенек,
движение коня замедлилась и изменилось с подъема на спуск,  и  конь  все
время понемногу, осторожно спускался с царевичем на землю.
   И когда царевич увидел это и узнал полезность коня, его сердце испол-
нилось веселья и радости, и он поблагодарил Аллаха великого за  милость,
которую он ему оказал, когда спас его от  гибели.  И  он  не  переставая
спускался весь день, так как во время его подъема земля удалилась от не-
го, и поворачивал морду коня, как хотел, пока конь спускался, и если же-
лал - он спускался на коне, а если желал - поднимался.
   И когда царевичу удалось то, что он хотел от коня, он направил его  в
сторону земли и стал смотреть на бывшие там страны и города, которых  он
не знал, так как никогда их не видел. И среди того, что он  увидел,  был
город, построенный наилучшим образом, и стоял он посреди зеленой  земли,
цветущей, с деревьями и каналами, и царевич подумал про себя  и  сказал:
"О, если бы я знал, как имя этому городу и в каком он климате!" И  затем
он принялся кружить вокруг этого города и  рассматривать  его  справа  и
слева; а день повернулся, и солнце приближалось к закату, и царевич ска-
зал себе: "Я не найду места, чтобы переночевать, лучше, чем этот  город.
Я переночую здесь, а наутро отправлюсь в мое царство  и  осведомлю  моих
родных и моего отца о том, что случилось, и расскажу ему, что видели мои
глаза".
   И он стал искать места, безопасного для себя и для своего  коня,  где
бы его никто не увидел, и вдруг заметил посреди города дворец, возвышав-
шийся в воздухе, и дворец этот окружала толстая стена с высокими  бойни-
цами. И царевич сказал себе: "Поистине, это  место  прекрасно!"  И  стал
двигать шпенек, который опускал коня, и летел вниз до тех пор,  пока  не
опустился прямо на крышу дворца. И тогда он сошел с коня и восхвалил Ал-
лаха великого и стал ходить вокруг коня, осматривая его и говоря:  "Кля-
нусь Аллахом! Поистине, тот, кто тебя сделал, искусный  мудрец!  И  если
Аллах продлит назначенный мне срок и возвратит меня целым в мою страну и
к родным и сведет меня с моим родителем, я сделаю этому  мудрецу  всякое
добро и окажу ему крайнюю милость". И он просидел на крыше дворца,  пока
не узнал, что люди заснули, и его мучили голод и жажда, ибо с  тех  пор,
как он расстался с отцом, он ничего не ел. И тогда он  сказал  себе:  "В
таком дворце, как этот, не может не быть припасов!" И оставил коня в од-
ном месте и пошел пройтись и поискать  какой-нибудь  еды.  И  он  увидел
лестницу и спустился по ней вниз и увидел двор, выстланный  мрамором,  и
удивился он этому месту и тому, что оно хорошо выстроено, но  только  он
не услышал во дворце никакого шума и не увидел живого человека.
   И он остановился в замешательстве и стал смотреть направо  и  налево,
не зная, куда направиться, а потом он сказал себе: "Нет для меня  ничего
лучшего, как возвратиться к тому месту, где  мой  конь,  и  переночевать
там, а когда настанет утро, я сяду на коня и поеду..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста пятьдесят девятая ночь

   Когда же настала триста пятьдесят девятая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что царевич сказал себе: "Нет для меня ниче-
го лучшего как переночевать возле моего коня, а когда настанет  утро,  я
сяду на коня и поеду".
   И когда он стоял, говоря своей душе  такие  слова,  он  вдруг  увидел
свет, который приближался к тому месту, где он стоял. И  царевич  всмот-
релся в этот свет и увидел, что он движется с толпой невольниц, и  среди
них идет сияющая девушка со станом, как буква алиф, напоминающая светлую
луну, как сказал о ней поэт:
   Пришла, не условившись, во мраке ночном она.
   Подобно луне, на темном небе сияющей.
   О стройная! Средь людей, похожих на нес, нет
   По блеску красы ее и свету наружности,
   Вскричал я, когда глаза узрели красу ее:
   "Хвала всех создавшему из крови сгустившейся!"
   Ее уберечь от глаз людских я хочу, сказав:
   "Скажи: "Сохрани меня, людей и зари господь!" [387]
   И была та девушка дочерью царя этого города, и отец любил ее  сильной
любовью, и из-за своей любви к ней он построил  этот  дворец,  и  всякий
раз, как у царевны стеснялась грудь, она приходила туда  со  своими  не-
вольницами и оставалась там день, или два дня, или больше, а потом возв-
ращалась к себе во дворец. И случилось так, что она пришла в этот вечер,
чтобы развлечься и повеселиться, и шла между своими  невольницами,  и  с
нею был евнух, опоясанный мечом. И когда она вошла в  этот  дворец,  ра-
зостлали ковры и зажгли жаровни с курениями и стали играть и веселиться,
и, когда все играли и веселились, царевич вдруг  бросился  на  евнуха  и
ударил его один раз по лицу и повалил, и он взял его меч и  бросился  на
невольниц, которые были с царевной, и разогнал их направо и налево.
   И когда царевна увидела его красоту и прелесть, она сказала ему: "Мо-
жет быть, ты тот, кто вчера сватал меня у отца, но он отказал тебе и го-
ворил, что ты безобразен видом? Клянусь Аллахом, солгал мой отец,  когда
сказал такие слова, и ты не иначе как красавец!"
   А сын царя Индии сватал царевну у ее отца, но царь отказал  ему,  так
как он был отвратителен видом, и царевна подумала, что это тот,  кто  ее
сватал. И она подошла к юноше и обняла его, и поцеловала, и легла с ним,
и невольницы сказали ей: "О госпожа, это не тот, кто сватал тебя у отца,
так как тот был безобразный, а этот красивый. И тот, кто сватал  тебя  у
отца, а он отверг его, не годится, чтобы быть слугою  у  этого,  и  этот
юноша, о госпожа, велик саном".
   Потом невольницы подошли к лежавшему евнуху и привели его в  чувство,
и евнух вскочил, испуганный, и стал искать свой меч, но не нашел  его  у
себя в руке, и невольницы сказали ему: "Тот, кто взял у тебя меч и пова-
лил тебя, сидит с царевной". А царь поручил этому евнуху  охранять  свою
дочь, боясь для нее превратностей судьбы и ударов случая.
   И евнух встал и подошел к занавеске и поднял ее, и увидел, что царев-
на сидит с царевичем и они разговаривают, и, увидев их, евнух сказал ца-
ревичу: "О господин мой, ты из людей  или  джиннов?"  -  "Горе  тебе,  о
сквернейший из рабов! - воскликнул царевич. - Кая можешь ты считать  де-
тей царей Хосроев нечестивыми чертями?"
   И он взял меч в руку и сказал: "Я зять царя, он женил меня  на  своей
дочери и велел мне войти к ней". И евнух, услышав  от  него  эти  слова,
молвил: "О господин, если ты из людей, как утверждаешь, то  она  годится
только для тебя, и ты имеешь на нее больше прав, чем другой". Потом  ев-
нух отправился к царю, крича (а он разорвал на себе одежды и посыпал го-
лову землею). И когда царь услышал его крик, он спросил его: "Что  такое
тебя постигло? Ты встревожил мою душу. Расскажи мне поскорее и будь кра-
ток". - "О царь, - отвечал евнух, - помоги твоей дочери:  над  ней  взял
власть шайтан из джиннов в обличий человека, имеющий образ царского  сы-
на, иди же на него!" И когда царь услышал от евнуха эти слова, он возна-
мерился убить его и воскликнул: "Как, ты не досмотрел за моей дочерью, и
ее постигла эта напасть?" А потом царь отправился во  дворец,  где  была
его дочь, и, придя туда, (нашел невольниц стоящими.
   "Что случилось с моей дочерью?" - спросил он их. И осой отвечали:  "О
царь, мы сидели с ней и не успели опомниться, как на нас  бросился  этот
юноша, что подобен полной луне (а мы никогда не видели  более  красивого
лица), и в руках у него был обнаженный меч. И мы спросили  его,  кто  он
такой, и он утверждал, что ты женил его на своей дочери. И мы ничего  не
знаем, кроме этого, и не ведаем, человек он или джинн, но он  целомудрен
и вежлив и не делает скверного".
   И когда царь услышал их слова, его пыл остыл, и он стал поднимать за-
навеску понемногу, понемногу - и увидел, что царевич  сидит  с  его  до-
черью, и они разговаривают, и образ у царевича самый прекрасный, и  лицо
его - как светящаяся луна.
   И царь не мог удержаться из-за ревности к своей дочери, и поднял  за-
навеску, и вошел с обнаженным мечом в руке, и  бросился  на  них,  точно
гуль, и, увидев его, царевич спросил царевну: "Это твой отец?" И она от-
ветила: "Да..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестидесятая ночь

   Когда же настала ночь, дополняющая до трехсот шестидесяти, она сказа-
ла: "Дошло до меня, о счастливый царь, что царевич увидал царя  с  обна-
женным мечом в руке (а он налетел на (них, точно гуль), и спросил царев-
ну: "Это твой отец?" И она отвечала: "Да!" И тут царевич вскочил на ноги
и, взяв в руки меч, закричал на царя страшным крикам и  ошеломил  его  и
хотел броситься на него с мечом. И царь понял, что царевич стремительнее
его, и вложил меч в ножны и стоял, пока царевич не дошел до него, и тог-
да он встретил его ласково и спросил: "О юноша, ты из  людей  или  джин-
нов?" - "Если бы я не соблюдал обязанность перед тобою и уважение к тво-
ей дочери, я бы пролил твою кровь! Как ты  возводишь  меня  к  шайтанам,
когда я из детей царей Хосроев, которые, если бы захотели взять  у  тебя
царство, потрясли бы твое величие и власть и отняли бы у тебя  вое,  что
есть на твоей родине!" - воскликнул царевич. И, услышав его слова,  царь
почувствовал к нему уважение и побоялся от него для себя зла.  "Если  ты
из царских детей, как ты утверждаешь, - сказал он ему, - то как ты вошел
ко мне во дворец без моего позволения и опозорил мое достоинство и  про-
ник к моей дочери? Ты говоришь, что ты ее муж, и утверждаешь, что я  же-
нил тебя на ней, а я убивал царей и царских сыновей, когда они сватались
за нее. Кто тебя спасет от моей ярости? Ведь если я кликну моих рабов  и
слуг и велю им убить тебя, они тотчас же тебя убьют.  Кто  же  освободит
тебя из моих рук?" И царевич, услышав эти слова, сказал царю: "Поистине,
я удивляюсь тебе и твоей малой проницательности! Разве  ты  желаешь  для
твоей дочери мужа лучше меня? И разве ты видел кого-нибудь  тверже  меня
душой и обильнее наградою и сильнее властью, войсками и помощниками?"  -
"Нет, клянусь Аллахом, - отвечал царь, - но я хотел бы, о  юноша,  чтобы
ты посватался за нее в присутствии свидетелей, и я бы женил тебя на ней,
а если я женю тебя тайком, ты опозоришь меня с нею". - "Ты  хорошо  ска-
зал, - ответил царевич, - но только, о царь, если соберутся  твои  рабы,
слуги и войска и меня убьют, как ты говорил, ты опозоришь  сам  себя,  и
люди будут верить тебе и не верить. И, по моему мнению, тебе должно пос-
тупить, о царь, так, как я укажу тебе". - "Говори свое слово!" -  молвил
царь. И царевич сказал ему: "Вот что я тебе скажу: либо мы с тобою  сра-
зимся один на один, и кто убьет своего противника,  тот  будет  ближе  к
власти и имеет на нее больше прав,  -  либо  ты  оставишь  меня  сегодня
ночью, а когда настанет утро, выведешь ко мне свои войска и отряды слуг.
Скажи мне, сколько их числом?" - "Их числом сорок тысяч всадников, кроме
рабов, которые принадлежат мне, и кроме их  приближенных,  а  их  числом
столько же", - ответил царь. И царевич сказал:  "Когда  наступит  восход
дня, выведи их ко мне и скажи им..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят первая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят первая ночь, она  оказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что царевич говорил  царю:  "Когда  наступит
восход дня, выведи их ко мне я скажи им: "Этот человек  сватает  у  меня
дочку с условием, что сразится с вами всеми.
   И он утверждает, что одолеет вас и покорит и что вы с ним не  справи-
тесь". И потом дай мне сразиться с ними; и если они  меня  убьют  -  это
лучше всего скроет твою тайну и сохранит твою честь, а если я их  одолею
и покорю - то подобного мне пожелает царь "меть зятем". И царь,  услышав
слова царевича, одобрил его мнение и принял его совет, хотя он нашел его
слова странными и его ужаснуло намерение  царевича  сразиться  со  всеми
войсками, которые он ему описал.
   И затем они посидели, разговаривая, а после этого царь позвал  евнуха
и велел ему в тот же час и минуту пойти к везирю с  приказанием  собрать
всех воинов и чтобы они надели оружие и сели на коней.
   И евнух пошел к везирю и передал ему то, что повелел  царь,  и  тогда
везирь потребовал начальников войска и вельмож царства и приказал им са-
диться да коней и выезжать, надев военные доспехи; я вот то, что было  с
ними. Что же касается царя, то он не переставая разговаривал  с  цареви-
чем, так как ему понравились его речи, разум и воспитанность.
   И пока они разговаривали, вдруг настало утро, и царь поднялся и  нап-
равился к своему престолу и велел своим воинам  садиться  на  коней.  Он
подвел царевичу отличного коня из лучших своих коней и велел, чтобы  его
оседлали и одели в хорошую сбрую, но царевич сказал ему: "О царь,  я  не
сяду на коня, пока не взгляну на войска и не увижу их". - "Пусть  будет,
как ты желаешь", - ответил ему царь. И затем царь пошел, а юноша шел пе-
ред ним, и они дошли до площади, и царевич увидал войска и их  многочис-
ленность.
   И царь закричал: "О собрание людей, ко мне прибыл юноша, который сва-
тается за мою дочь, и я никогда не видал никого красивее его, и  сильнее
сердцем, и страшнее в гневе. Он утверждает, что одолеет  вас  и  победит
вас один, и заявляет, что, даже если бы вы достигли ста тысяч, вас  было
бы, по его мнению, лишь немного. Когда вы будете сражаться с ним, подни-
мите его на зубцы копий и на концы мечей - поистине, он взялся за  вели-
кое дело!" И потом царь сказал царевичу: "О сын мой, вот  они,  делай  с
ними что хочешь". А юноша ответил ему: "О царь, ты несправедлив ко  мне.
Как я буду с ними сражаться, когда я пеший, а они на конях?" - "Я прика-
зывал тебе сесть на коня, а ты отказался. Вот тебе кони, выбирай из них,
которого хочешь", - сказал царь. "Мне не нравится ни один из  твоих  ко-
ней, и я сяду лишь на того, на котором я приехал", - отвечал царевич, "А
где же твой конь?" - опросил царь. И  царевич  ответил:  "Он  над  твоим
дворцом". - "В каком месте моего дворца?" - спросил царь. И юноша  отве-
чал: "На крыше". И, услышав это, царь воскликнул: "Вот первое проявление
расстройства твоего ума! Горе тебе! Как может быть  конь  на  крыше?  Но
сейчас разъяснится, где у тебя правда, где ложь".
   И царь обратился к кому-то из своих приближенных и сказал: "Ступай ко
мне во дворец и доставь то, что ты найдешь на крыше". И люди стали удив-
ляться словам юноши и говорили один другому: "Как спустится этот конь  с
крыши по лестницам? Поистине, это нечто такое, чему подобного мы не слы-
шали".
   А тот, кого царь послал во дворец, поднялся на самый верх  и  увидел,
что конь стоит там, и он не видывал коня лучше этого. И этот человек по-
дошел к коню и стал его рассматривать, и оказалось, что он из  эбенового
дерева и слоновой кости. А один из приближенных  царя  тоже  поднялся  с
ним, и, увидав такого коня, они стали пересмеиваться и  сказали:  "И  на
коне, подобном этому, будет то, о чем упоминал юноша! Мы думаем, что  он
не иначе как бесноватый! Но его дело станет нам ясно..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят вторая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят вторая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что приближенные царя,  увидев  коня,  стали
пересмеиваться и сказали: "И на коне, подобном этому, будет  то,  о  чем
упоминал юноша! Мы думаем, что он не иначе как бесноватый, но его  поло-
жение станет нам ясно, и, может быть, его дело (Велико!"
   И потом они подняли коня и несли его на руках до  тех  пор,  пока  не
принесли пред лицо царя и не поставили его перед ним, и  люди  собрались
возле коня, смотря на иего и дивясь его прекрасному виду и  красоте  его
седла и узды. И царю конь тоже понравился, и он удивился ему до  крайних
пределов, и потом он спросил царевича: "О юноша, это ли  твой  конь?"  -
"Да, о царь, это мой конь, и ты скоро увидишь в нем удивительное", - от-
ветил юноша. И царь сказал ему: "Возьми твоего коня и садись на него". -
"Я сяду на него, только когда воины от него удалятся", - оказал юноша. И
царь приказал воинам, которые стояли вокруг коня, отдалиться от него  на
полет стрелы, и тогда юноша сказал: "О царь, вот я сяду на моего коня  и
брошусь на твои войска и разгоню их направо и налево и заставлю их серд-
це расколоться". - "Делай что хочешь, и не щади их, - они не пощадят те-
бя", - молвил царь. И царевич направился к своему коню и сел на него,  и
воины выстроились напротив него и говорили один  другому:  "Когда  юноша
будет между рядами, мы поднимем его на зубцы копий и на лезвия мечей". И
один из них воскликнул: "Клянусь Аллахом, это беда! Как мы  убьем  этого
юношу с красивым лицом и прекрасным станом!"  А  кто-то  другой  сказал:
"Клянусь Аллахом, вы доберетесь до него только после великого дела! Юно-
ша сделал такое дело только потому, что знает доблесть своей души и свое
превосходство".
   И когда царевич сел на своего коня, он повернул винт подъема, и взоры
потянулись к нему, чтобы видеть, что он хочет делать. И его конь  завол-
новался и забился и стал делать самые диковинные движения, которые дела-
ют кони, и внутренность его наполнилась воздухом, а затем конь  поднялся
и полетел по воздуху вверх. И когда царь увидел, что юноша поднимается и
летит вверх, он крикнул своему войску: "Горе вам, хватайте его, пока  он
от вас не ушел!" И его везири и наместники сказали ему: "О  царь,  разве
кто настигнет летящую птицу? Это не иначе как великий колдун, от которо-
го тебя спас Аллах. Прославляй же Аллаха великого  за  опасение  от  его
рук!"
   И царь вернулся к себе во дворец, после того как увидел то, что  уви-
дел, а придя во дворец, он пошел к своей дочери и рассказал  ей,  что  у
него случилось с царевичем на площади, и увидел, что она очень печалится
о нем и о своей разлуке с ним. А потом она заболела и слегла на подушки.
И когда ее отец увидел, что она в таком состоянии, он прижал ее к  груди
и поцеловал между глаз и сказал ей: "О дочь моя, хвали Аллаха великого и
благодари его за то, что он освободил нас от этого злокозненного  колду-
на!" И он стал повторять ей то, что видел, и рассказывать, каким образом
царевич поднялся на воздух. Но царевна не внимала словам отца, и усилил-
ся ее плач и стенания, и затем она сказала себе: "Клянусь Аллахом, я  не
стану есть пищи и пить питья, пока Аллах не соединит меня с ним". И отца
девушки, царя, охватила из-за этого великая забота, и состояние его  до-
чери было для него тяжко, и стал он печалиться о ней сердцем, но  всякий
раз, как он обращался к дочери с лаской, ее  любовь  к  царевичу  только
усиливалась..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят третья ночь

   Когда же настала триста шестьдесят третья ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что царь стал печалиться о ней  сердцем,  но
всякий раз, как он обращался к дочери с лаской,  ее  любовь  к  царевичу
только усиливалась.
   Вот что было с царем и его дочерью. Что же касается до  царевича,  то
он поднялся на воздух и остался наедине с самим собою и стал  вспоминать
красоту и прелесть девушки. И он узнал от приближенных царя, как имя го-
роду и имя царя и его дочери. И город этот был город Сана [388].
   И затем царевич ускорил ход и приблизился к городу своего отца и  об-
летел вокруг города и направился к дворцу своего отца. Он  спустился  на
крышу и оставил коня там, и, спустившись к своему родителю, вошел к нему
и увидел, что он грустен и печален из-за разлуки с сыном. И  когда  отец
царевича увидел его, он поднялся, и обнял его, и прижал к своей груди, и
обрадовался ему великой радостью. А потом царевич, свидевшись  с  отцом,
спросил его про мудреца, который сделал коня, и сказал: "О батюшка,  что
сделала с ним судьба?" И отец его ответил: "Да не благословит Аллах муд-
реца и ту минуту, когда я его увидел! Это он  ведь  был  причиной  нашей
разлуки с тобою, и он в заточении, о дитя мое, с того дня, как ты скрыл-
ся от нас"
   И царевич приказал освободить мудреца и вывести его из тюрьмы и  при-
вести к себе. И когда мудрец предстал пред  ним,  царевич  наградил  его
одеждой благоволения и оказал ему крайнюю милость, но только царь не же-
нил его на своей дочери. И мудрец разгневался великим гневом и пожалел о
том, что сделал, и понял он, что царевич узнал тайну коня и как он  дви-
гается.
   А потом царь сказал своему сыну: "Лучше всего, помоему, чтобы  ты  не
приближался к этому коню и не садился на него никогда после сегодняшнего
дня, так как ты не знаешь его свойств и обманываешься  относительно  не-
го". А царевич рассказал своему отцу о том, что у него случилось  с  до-
черью царя, обладателя власти в том городе, и что случилось у него с  ее
отцом. И отец сказал: "Если бы царь желал убить тебя, он  бы,  наверное,
тебя убил, но сроку твоей жизни суждено продление".
   А потом в царевиче взволновалась горесть из-за любви к  дочери  царя,
владыки Сана; и он подошел к коню и сел на него и повернул винт подъема,
и конь полетел с ним по воздуху и вознесся до облаков небесных. Когда же
наступило утро, отец юноши хватился его и не нашел,  и  он  поднялся  на
крышу опечаленный и увидел своего сына, который поднимался по воздуху.
   И царь опечалился из-за разлуки с сыном и стал всячески раскаиваться,
что не взял коня и не скрыл его тайны, и подумал про себя: "Клянусь  Ал-
лахом, если вернется ко мне мой сын, я не оставлю этого коня, чтобы  ус-
покоилось мое сердце относительно сына!" И он вернулся к плачу и  стена-
ниям..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят четвертая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят четвертая ночь, она сказала: "Дош-
ло до меня, о счастливый царь, что царь вернулся к плачу и стенаниям,  и
вот то, что с ним было.
   Что же касается его сына, то он до тех пор летел по воздуху, пока  не
остановился над городом Сана. Он опустился в том месте, где спустился  в
первый раз, и шел украдкой, пока не достиг помещения дочери царя, но  не
нашел ни девушки, ни ее невольниц, ни евнуха, который ее охранял, и  ему
стало от этого тяжко. И потом он принялся ходить по дворцу, ища царевну,
и нашел ее в другой комнате, не в ее помещении, где он с ней встретился,
и царевна лежала на подушках, и вокруг нее были невольницы и  няньки.  И
царевич вошел к ним и приветствовал их, и, услышав  его  слова,  царевна
поднялась и обняла его и стала целовать его между  глаз  и  прижимать  к
груди. "О госпожа, - сказал ей царевич, - ты  заставила  меня  тосковать
все это время". А царевна воскликнула: "Это ты заставил меня  тосковать,
и если бы твое отсутствие продлилось, я бы погибла, без сомнения!" -  "О
госпожа, - спросил царевич, - как ты смотришь на то, что произошло у ме-
ня с твоим отцом и что он со мной сделал? Если бы не любовь  к  тебе,  о
искушение людей, я бы его, наверное, убил и сделал бы его назиданием для
смотрящих. Но так же, как я люблю тебя, я люблю и его ради тебя". - "Как
ты мог уйти от меня, и разве приятна мне жизнь без тебя?" - сказала  де-
вушка. И царевич спросил ее: "Послушаешься ли ты меня и будешь  ли  вни-
мать моим словам?" - "Говори что хочешь, я соглашусь на то,  к  чему  ты
меня призовешь, и я не буду тебе ни в чем прекословить", - отвечала  ца-
ревна. "Поедем со мною в мою страну и в мое царство", - сказал тогда ца-
ревич. И царевна ответила: "С любовью я удовольствием!"
   И царевич, услышав ее слова, сильно обрадовался и,  взяв  царевну  за
руку, заставил ее обещать это, поклявшись именем Аллаха великого. А пос-
ле этого он поднялся с нею наверх, на крышу дворца, и, усевшись на свое-
го коня, посадил девушку сзади, прижал ее к себе и  крепко  привязал,  а
потом повернул винт подъема, который был на плече коня, и конь  поднялся
с ними на воздух. И невольницы закричали и осведомили царя, отца  девуш-
ки, и ее мать, и те поспешно поднялись на крышу дворца. И  царь  обратил
взоры ввысь и увидел эбенового коня, который летел с ними по воздуху,  и
встревожился, и велика стала его тревога.
   И он закричал и сказал: "О царевич, прошу тебя, ради Аллаха,  пожалей
меня и пожалей мою жену и не разлучай нас с нашей дочерью!"  Но  царевич
не ответил ему. А потом царевич подумал, что девушка жалеет о разлуке  с
матерью и отцом, и спросил ее: "О искушение времени, не  хочешь  ли  ты,
чтобы я вернул тебя к твоему отцу и матери?" Но она отвечала: "О  госпо-
дин, клянусь Аллахом, не хочу я этого! Я хочу быть лишь с тобою, где  бы
ты ни был, так как любовь к тебе отвлекает меня от всего, даже от отца и
матери". И царевич, услышав ее слова, обрадовался сильной радостью.
   И он пустил коня с девушкой тихим ходом, чтобы не встревожить  ее,  и
летел с нею до тех пор, пока не увидел зеленый луг, на котором был ручей
с текучей водой,
   И царевич спустился там, и они поели и попили, а затем царевич сел на
коня и посадил девушку сзади, крепко привязав ее веревками, из страха за
нее, и полетел с нею, и до тех пор летел по воздуху, пока не достиг  го-
рода своего отца, и тогда его радость усилилась. А потом он захотел  по-
казать девушке обитель своей власти и царство своего отца  и  осведомить
ее о том, что царство его отца больше, чем царство ее отца, и,  опустив-
шись в одном из садов, где гулял его отец, он отвел ее в беседку, приго-
товленную для его отца, и, поставив эбенового коня у дверей этой  бесед-
ки, наказал девушке стеречь его: "Сиди здесь, пока я не пришлю тебе мое-
го посланного, я иду к отцу, чтобы приготовить для тебя дворец  и  пока-
зать тебе свою власть", - сказал царевич. И девушка обрадовалась,  услы-
шав от него эти слова, и сказала: "Делай что хочешь!.."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.



   Триста шестьдесят пятая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят пятая ночь, она сказала: "Дошло до
меня, о счастливый царь, что девушка обрадовалась, услышав  от  царевича
эти слова, и сказала ему: "Делай что хочешь!" И ей пришло на ум, что она
вступит в город только с пышностью и почетом, как  подобает  таким,  как
она.
   И царевич оставил ее и шел, пока не достиг города, и пришел к  своему
отцу. И его отец, увядав его, обрадовался и пошел  к  нему  навстречу  и
сказал: "Добро пожаловать!" И царевич сказал своему отцу: "Знай,  что  я
привез царевну, о которой я тебя осведомил, и оставил ее за  городом,  в
одном из садов, и пришел сообщить тебе о ней, чтобы ты собрал приближен-
ных и выехал ей навстречу и показал бы ей твою власть и войска и  телох-
ранителей". И царь отвечал: "С любовью и удовольствием!" А затем, в  тот
ж" час я минуту, он приказал жителям украсить город прекрасными  украше-
ниями и одеждами и тем, что хранят в сокровищницах дари, и  устроил  для
царевны помещение, украшенное зеленой, красной и желтой парчой, и усадил
в этом помещении невольниц - индийских, румских и абиссинских, и выложил
сокровища дивные.
   А потом царевич покинул это помещение и тех, кто был в нем, и  пришел
раньше всех в сад и вошел в беседку, где оставил девушку, и стал  искать
ее, до не нашел, и не нашел коня. И он стал бить себя по лицу, и  разор-
вал на себе одежды, и принялся кружить по саду с ошеломленным  умом,  но
затем вернулся к разуму и сказал про себя: "Как она узнала  тайну  этого
коня, когда я не осведомлял ее ни о чем? Может быть, персидский  мудрец,
который сделал коня, напал на нее и взял ее в отплату за то, что  сделал
с ним мой отец?"
   И царевич призвал сторожей сада и спросил их, кто проходил мимо  них,
и сказал: "Видели ли вы, чтобы ктонибудь проходил мимо вас  и  входил  в
этот сад?" И сторожа ответили: "Мы не видели, чтобы кто-нибудь входил  в
этот сад, кроме персидского мудреца, -  он  приходил  собирать  полезные
травы". И, услышав их слова, царевич уверился, что девушку  взял  именно
этот мудрец..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят шестая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят шестая ночь, она  сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что, услышав их слова, царевич уверился, что
девушку взял именно этот мудрец. А  по  предопределенному  велению  было
так, что, когда царевич оставил девушку в беседке в саду и ушел во  дво-
рец своего отца, чтобы его подготовить, персидский мудрец вошел  в  сад,
желая собрать немного полезных трав, и почувствовал запах мускуса и бла-
говоний, которыми пропиталось это место, - а это благоухание было  запа-
хом царевны. И мудрец шел на этот завах, пока не достиг той  беседки,  и
он увидел, что конь, которого он сделал своей рукой, стоит у дверей  бе-
седки. Когда мудрец увидел коня, его сердце наполнилось весельем  и  ра-
достью, так как он очень жалел о коне, который ушел из его рук. И он по-
дошел к коню и проверил все его части, и оказалось, что они целы. И муд-
рец хотел сесть на коня и полететь, но сказал себе: "Обязательно посмот-
рю, что привез с собою царевич и оставил Здесь с конем". И  он  вошел  в
беседку и увидел сидящую царевну, и была она подобна сияющему солнцу  на
чистом небе. И, увидав ее, мудрец понял, что эта девушка высокая саном и
что царевич взял ее и привез на коне и оставил в  этой  беседке,  а  сам
отправился в город, чтобы привести приближенных и ввести ее  в  город  с
уважением и почетом. И тогда мудрец вошел к девушке  и  поцеловал  перед
ней землю, и девушка подняла глаза и посмотрела на него и  увидела,  что
он очень безобразен видом и облик его гнусен. "Кто ты?" -  спросила  она
его. И мудрец ответил: "О госпожа, я посланный от  царевича.  Он  послал
меня к тебе и велел мне перевести тебя в другой сад, близко от  города".
И девушка, услышав от него эти слова, спросила: "А где царевич?" И  муд-
рец отвечал: "Он в городе у своего отца и придет к тебе сейчас с  пышной
свитой". - "О такой-то, - сказала ему девушка, - неужели царевич не  на-
шел никого, чтобы послать ко мне, кроме тебя?"  И  мудрец  засмеялся  ее
словам и сказал ей: "О госпожа, пусть не обманывает тебя безобразие мое-
го лица и мой гнусный вид. Если бы ты получила от меня то,  что  получил
царевич, ты, наверное, восхвалила бы мое дело. Царевич избрал меня, что-
бы послать к тебе, из-за моего безобразного вида и устрашающей наружнос-
ти, так как он ревнует тебя и любит, а если бы не это - у него невольни-
ков, рабов, слуг, евнухов и челяди столько, что не счесть".
   И когда девушка услышала слова мудреца, они вошли в ее разум,  и  она
поверила ему и поднялась..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят седьмая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят седьмая ночь, она сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что, когда персидский мудрец  рассказал  де-
вушке об обстоятельствах царевича, она поверила его словам, и они  вошли
в ее разум.
   И она поднялась и вложила свою руку в руку мудреца и сказала: "О  ба-
тюшка, что ты мне с собою привез, на что бы я могла сесть?" И мудрец от-
вечал ей: "О госпожа, коня, на котором ты прибыла. Ты поедешь на нем". -
"Я не могу ехать на нем одна", - сказала девушка. И когда мудрец услышал
от нее это, он улыбнулся и понял, что захватил ее. "Я сам сяду с тобой",
- сказал он ей и потом сел я посадил девушку сзади и прижал к себе и за-
тянул на ней веревки, а она не знала, что он хочет с нею сделать.
   И затем мудрец пошевелил винт подъема, и внутренность  коня  наполни-
лась воздухом, и он зашевелился и задрожал, и поднялся вверх, и  до  тех
пор летел, пока город не скрылся.
   И девушка сказала: "Эй, ты, где то, что ты говорил про царевича, ког-
да утверждал, что он тебя послал ко мне?" А мудрец отвечал: "Да  обезоб-
разит Аллах царевича! Он скверный и злой". - "Горе тебе!  -  воскликнула
царевна. - Как ты перечишь приказу твоего господина в том, что  он  тебе
приказал?" - "Он не мой господин, - ответил мудрец. - Знаешь ли ты,  кто
я?" - "Нет, я знаю о тебе лишь то, что ты дал о себе знать", -  ответила
царевна. И мудрец воскликнул: "Мой рассказ был только хитростью с  тобой
и царевичем. Я всю жизнь горевал об этом коне, который под тобою, -  это
мое создание, но царевич овладел им; а теперь я захватил его и тебя так-
же и сжег сердце царевича, как он сжег мое сердце, и он  впредь  никогда
не будет иметь над конем власти. Но успокой мое сердце и прохлади  глаза
- я для тебя полезнее, чем он".
   И царевна, услышав его слова, стала бить себя по лицу и закричала: "О
горе! Мне не достался мой возлюбленный, и я не осталась у отца  и  мате-
ри!" И она горько Заплакала от того, что ее постигло, а  мудрец  непрес-
танно летел с нею в страну румов до тех пор, пока не опустился на  зеле-
ном лугу с ручьями и деревьями. И был этот луг близ города, а  в  городе
был царь, высокий саном.
   И случилось, что в тот день царь этого города  выехал,  чтобы  поохо-
титься и прогуляться, и проезжал мимо того луга  и  увидел,  что  мудрец
стоит, а конь и девушка стоят с ним рядом. И не успел мудрец опомниться,
как налетели на него рабы царя и взяли его и девушку и коня и  поставили
всех перед царем, и когда царь увидел безобразную  внешность  мудреца  и
его гнусный облик и узрел красоту и прелесть девушки, он сказал  ей:  "О
госпожа, какая связь между этим старцем и тобою?" И мудрец поспешил  от-
ветить и сказал: "Это моя жена и дочь моего дяди". Но  девушка,  услышав
эти слова, объявила его лжецом и сказала: "О царь, клянусь Аллахом, я не
знаю его и он мне не муж, но он взял меня насильно, хитростью". И  когда
царь услышал эти слова, он велел бить мудреца, и его так  били,  что  он
едва не умер. А потом царь велел отнести его в город и бросить в тюрьму,
и с ним это сделали. И после этого царь отобрал у него девушку  и  коня,
но он не знал, в чем дело с конем и как он двигается.
   Вот что было с мудрецом и с девушкой. Что же касается до царского сы-
на, то он надел одежды путешествия и взял то, что ему нужно было из  де-
нег, и уехал, будучи в наихудшем состоянии. Он быстро пошел,  распутывая
следы и ища девушку, и шел из страны в страну и  из  города  в  город  и
спрашивал про коня из черного дерева. Всякий изумлялся ему и считал  его
слова удивительными.
   И царевич провел в таком положении некоторое время, но,  несмотря  на
многие расспросы и поиски, не напал на след девушки и коня. А  затем  он
отправился в город отца девушки и спросил про нее там, но не  услышал  о
ней вести и нашел отца девушки опечаленным из-за ее исчезновения. И  ца-
ревич вернулся назад и направился в земли румов и стал искать там девуш-
ку с конем и расспрашивать о ней..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят восьмая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят восьмая ночь, она сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что царевич направился в земли румов и  стал
искать следов девушки с конем и расспрашивать о них.
   И случилось, он остановился в одном хане и увидел толпу купцов, кото-
рые сидели и разговаривали, и сел близко от них и услышал, что  один  из
них говорит: "О друзья мои, я видел чудо из чудес". -  "А  что  это?"  -
спросили его. И он сказал: "Я был в одном краю, в таком-то городе (и  он
упомянул название города, в котором была девушка), и  услышал,  как  его
обитатели рассказывали диковинную повесть, и вот какую: царь города вые-
хал в один из дней на охоту и  ловлю  вместе  с  толпою  приближенных  и
вельмож, и, когда они выехали на равнину и проезжали мимо зеленого луга,
они увидели там стоявшего человека, рядом с которым сидела женщина, и  с
ними был эбеновый конь. Что касается мужчины, то он был безобразен видом
и обладал устрашающей наружностью, а девушка была красивая и прелестная,
блестящая и совершенная, стройная и соразмерная. Ну а конь из  эбенового
дерева - это чудо, и не видели видевшие коня прекраснее и лучше изготов-
ленного". - "И что же сделал с ними царь?" - спросили присутствующие.  И
купец сказал: "Мужчину царь схватил и спросил его  про  девушку,  и  тот
стал утверждать, что это его жена и дочь его дяди, но  девушка  объявила
его слова лживыми. И царь взял ее у него и велел его побить и бросить  в
тюрьму. Что же касается эбенового коня, то я о нем ничего не знаю".
   И когда царевич услышал слова купца, он подошел к  нему  и  стал  его
расспрашивать осторожно и потихоньку, и тот сказал ему название города и
имя его царя. И, узнав название города и имя его  царя,  царевич  провел
ночь в радости, а когда настало утро, он выехал и поехал, и ехал до  тех
пор, пока не достиг того города. По когда захотел войти туда, привратни-
ки схватили его и хотели привести к царю, чтобы тот спросил  его  о  его
обстоятельствах, о причине его прихода в этот город и о  том,  какое  он
знает ремесло.
   Но приход царевича в этот город случился в вечерний час, и  было  это
такое время, когда нельзя было входить к царю или советоваться с ним.  И
привратники взяли его и привели в тюрьму, чтобы поместить  его  туда.  И
когда тюремщики увидали красоту царевича и его прелесть,  им  показалось
нелегко свести его в тюрьму, и они посадили его у себя,  вне  тюрьмы.  И
когда принесли им еду, царевич поел с ними вдоволь, а окончив  еду,  они
стали разговаривать, и тюремщики обратились к царевичу и  спросили:  "Из
какой ты страны?" - "Я из страны Фарс [389], страны  Хоороев",  -  ответил
царевич. И тюремщики, услышав его слова, засмеялись,  и  кто-то  из  них
сказал: "О хосроец, я слышал речи людей и их рассказы и наблюдал их обс-
тоятельства, но не видел и не слышал человека, более лживого, чем хосро-
ец, который у нас в тюрьме". - "А я не видел более безобразной внешности
и более отвратительного образа", - сказал другой. "Что вам стало извест-
но из его лжи?" - спросил царевич. И тюремщики сказали: "Он  утверждает,
что он мудрец. Царь увидал его на дороге, когда ехал на охоту, и  с  ним
была женщина невиданной красоты, прелести, блеска и совершенства, строй-
ная и соразмерная, и был с ним также конь из черного дерева, и я никогда
не видел коня лучше этого. Что же касается девушки, то она у царя, и  он
ее любит, но только эта женщина бесноватая, и, если бы тот  человек  был
мудрец, как он утверждает, он бы" наверное, ее вылечил. Царь старательно
ее лечит, и его цель - вылечить ее от того, что с нею случилось; что  же
касается коня из черного дерева, то он у царя в казне. А человек  безоб-
разный видом, который был с нею, - у нас в тюрьме.
   И когда спускается ночь, он плачет и рыдает, горюя о себе, и не  дает
нам спать..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста шестьдесят девятая ночь

   Когда же настала триста шестьдесят девятая ночь, она сказала:  "Дошло
до меня, о счастливый царь, что люди, приставленные к тюрьме, рассказали
царевичу о персидском мудреце, который был у них в тюрьме, и о том,  как
он плачет и рыдает. И царевичу пришло на ум придумать план,  которым  он
достигнет своей цели. И когда привратники захотели спать, они отвели ца-
ревича в тюрьму и Заперли за ним дверь, и он услышал, что мудрец  плачет
и сетует о самом себе и говорит по-персидски в своих жалобах: "Горе  мне
за то, что я навлек на себя и на царевича, и за то, что я сделал  с  де-
вушкой, когда не оставил ее, но не добился желаемого. И все это  потому,
что я задумал дурное: я искал для себя того, чего я не заслуживаю и  что
не годится для подобного мне; а кто ищет того, что для него не  годится,
тот попадает туда, куда попал я".
   И когда царевич услышал слова персиянина, он заговорил с ним  по-пер-
сидски и сказал ему: "До каких пор будет этот плач и завывание?  Увидеть
бы, постигло ли тебя то, что не постигло другого?" И персиянин,  услышав
слова царевича, стал ему жаловаться на свое положение и на тяготы, кото-
рые он испытывает. А наутро привратники взяли царевича и привели  его  к
своему царю и уведомили царя, что царевич пришел в город вчера, в  такое
время, когда нельзя было войти к царю.
   И царь стал расспрашивать царевича и сказал ему: "Из какой ты страны,
как твое имя, какое у тебя ремесло, и почему ты прибыл в этот город?"  И
царевич ответил: "Что до моего имени, то оно по-персидски Хардже, а  моя
страна - страна Фарс, и я из людей науки, и  в  особенности  знаю  науку
врачевания. Я исцеляю больных и бесноватых и хожу по разным землям и го-
родам, чтобы приобрести знание  сверх  моего  знания,  и  когда  я  вижу
больного, я его исцеляю. Вот мое ремесло". И,  услышав  слова  царевича,
царь сильно им обрадовался и воскликнул: "О достойный мудрец, ты  явился
к нам в пору нужды до тебя". И он рассказал ему о случае  с  девушкой  и
сказал: "Если ты вылечишь и исцелишь ее от бесноватости, тебе  будет  от
меня все, что ты потребуешь". И когда царевич  услыхал  слова  царя,  он
сказал: "Да возвеличит Аллах царя! Опиши мне все, что  ты  видел  в  ней
бесноватого, и расскажи, сколько дней назад приключилось с нею это  бес-
нование и как ты захватил ее с конем и мудрецом". И царь  рассказал  ему
об этом деле с начала до конца и потом сказал: "Мудрец в тюрьме". А  ца-
ревич спросил: "О счастливый царь, что же ты сделал с конем, который был
с нею?" - "О юноша, - ответил царь, - он у меня до сих  пор  хранится  в
одной из комнат". И царевич сказал себе: "Лучше всего, по-моему,  осмот-
реть коня и увидеть его прежде всего; если он цел и с ним ничего не слу-
чилось, тогда исполнилось все, что я хочу; а если я увижу, что  движения
его прекратились, я придумаю хитрость, чтобы освободить себя".
   И потом он обратился к царю и сказал: "О царь, мне следует посмотреть
упомянутого коня, может быть я найду в нем что-нибудь, что  мне  поможет
исцелить девушку". - "С любовью и охотой!" - ответил царь,  и  затем  он
поднялся и, взяв царевича за руку, привел его к коню. И царевич стал хо-
дить вокруг коня и проверять его, смотря, в каком он состоянии,  и  уви-
дел, что конь цел и что с ним  ничего  не  случилось.  И  тогда  царевич
сильно обрадовался и воскликнул: "Да возвеличит Аллах царя! Я хочу войти
к девушке и посмотреть, что с нею, и я прошу Аллаха и надеюсь, что изле-
чение придет через мои руки при помощи коня, если  захочет  Аллах  вели-
кий". И затем он велел стеречь коня.
   И царь пошел с ним в комнату, где была девушка, и  царевич,  войдя  к
ней, увидел, что она бьется и падает, как обычно, но она не была  бесно-
ватая и делала это для того, чтобы никто к ней не приближался.
   И, увидев ее в таком состоянии, царевич сказал ей: "С тобой не  будет
беды, о искушение людей". И затем он стал говорить  с  нею  осторожно  и
ласково и дал ей узнать себя. И когда царевна узнала его, она  вскричала
великим криком, и ее покрыло беспамятство, так сильна была радость,  ко-
торую она испытала. А царь подумал, что этот припадок  оттого,  что  она
его испугалась. И царевич приложил рот к ее уху и сказал:  "О  искушение
людей, сохрани мою кровь и твою кровь от пролития и  будь  терпеливой  и
стойкой; поистине, вот место, где нужны терпение и умелый расчет в  хит-
ростях, чтобы мы освободились от этого притеснителя-царя. А  хитрость  в
том, что я выйду к нему и скажу: "Ее болезнь - от духа из джиннов,  и  я
тебе ручаюсь за ее излечение". И я поставлю ему условие, чтобы он раско-
вал на тебе цепи, и тогда этот дух оставит тебя; и когда царь  войдет  к
тебе, говори с ним хорошими словами, чтобы он видел, что  ты  вылечилась
при моей помощи, тогда исполнится все то, чего мы хотим". И девушка ска-
зала: "Слушаю и повинуюсь!" И потом царевич вышел от нее и пошел к царю,
веселый, и радостный, и сказал: "О счастливый царь, кончились, по твоему
счастью, ее болезни и ее лечение, и я вылечил ее для тебя. Поднимайся же
и войди к ней, и смягчи твоя слова, и обращайся с ней бережно  и  обещай
ей то, что ее обрадует, - тогда исполнится все то, чего ты  от  нее  хо-
чешь..."
   И Шахразаду застигло утро, и ода прекратила дозволенные речи.


   Триста семьдесят семидесятая ночь

   Когда же настала ночь, дополняющая до трехсот семидесяти, она  сказа-
ла: "Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда  царевич  представился
мудрецом, он вошел к девушке и дал ей узнать себя и рассказал ей  о  за-
мысле, который он применит, и царевна сказала: "Слушаю и  повинуюсь!"  А
потом царевич вышел от нее и отправялся к царю и сказал ему:  "Поднимай-
ся, иди к ней! Смягчи свои слова и пообещай ей то, что  ее  обрадует,  -
тогда исполнится все, что ты от нее хочешь".
   И царь вошел к девушке, и та, увидав царя, поднялась и поцеловала пе-
ред ним землю и сказала: "Добро пожаловать!" И царь  сильно  обрадовался
этому, а затем он велел невольницам и евнухам заботливо прислуживать де-
вушке и отвести ее в баню и приготовить для нее украшения  и  одежды.  И
невольницы вошли к царевне и приветствовали ее, и  она  ответила  на  их
привет нежнейшим языком и наилучшими словами, а потом ее одели в  платья
из одежд царей и надели ей на шею ожерелье из драгоценных камней.
   И царевну повели в баню и прислуживали ей и затем ее вывели из  бани,
подобную полной луне. И, придя к царю, она приветствовала его и  поцело-
вала перед ним землю. И царя охватила при этом  великая  радость,  и  он
сказал царевичу: "Все это по твоему благословению, да умножит Аллах  для
нас твои дуновения!" - "Она вполне исцелится и  ее  дело  завершится,  -
сказал царевич, - если ты выйдешь со всеми, кто есть у тебя из  телохра-
нителей и воинов, на то место, где ты нашел ее, и пусть  с  тобой  будет
конь из эбенового дерева, который был с нею: я заговорю там ее духа, за-
точу его и убью, и он никогда к ней не вернется". И царь отвечал ему: "С
любовью и охотой!" И затем вынесли эбенового коня на тот луг, где  нашли
девушку, коня и персидского мудреца.
   А потом царь и его войска сели на коней, и царь взял девушку с собою,
и люди не знали, что он хочет делать. А когда все  достигли  того  луга,
царевич, который представился мудрецом, велел поставить девушку  и  коня
далеко от царя и воинов, насколько достает взгляд,  и  сказал  царю:  "С
твоего разрешения, я зажгу куренья и прочту заклинания  и  заточу  здесь
духа, чтобы он никогда к ней не возвращался; а потом я сяду на эбенового
коня и посажу девушку сзади, - и когда я это сделаю, конь задвигается  и
поедет, и я доеду до тебя, и дело будет окончено. И после этого делай  с
нею что хочешь". И когда царь услышал его слова, он сильно  обрадовался.
А потом царевич сел на коня в поместил девушку сзади (а царь и все воины
смотрели на него) и прижал ее к себе и затянул на ней  веревки  и  после
этого повернул винт подъема - и конь поднялся с ним в  воздух,  и  воины
смотрели на царевича, тока он не скрылся с их глаз.
   И царь провел полдня, ожидая его возвращения, но царевич не вернулся,
и царь потерял надежду и стал раскаиваться великим раскаянием и жалел  о
разлуке с девушкой, а потом он вернулся с войсками к себе в город.
   Вот что было с ним. Что же касается царевича, то он направился к  го-
роду своего отца, радостный и довольный, и летел до  тех  пор,  пока  не
опустился на его дворец. И он поселил девушку  во  дворце  и  успокоился
насчет нее, а потом он пошел к своему отцу и матери и приветствовал их и
осведомил о прибытии девушки, и они сильно обрадовались этому. И вот то,
что было с царевичем, конем и девушкой.
   Что же касается царя румов, то, возвратившись в свой город, он  замк-
нулся у себя во дворце, печальный и грустный. И вошли к нему его везири,
"я стало утешать его, и говорили: "Тот, кто взял девушку,  -  колдун,  и
слава Аллаху, который спас тебя от его колдовства и коварства". И они не
оставляли царя, пока тот не забыл невольницу. Что же касается  царевича,
то он устроил великие пиры для жителей города..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста семьдесят первая ночь

   Когда же настала триста семьдесят первая ночь, она сказала: "Дошло до
меня, о счастливый царь, что царевич устроил великие  пиры  для  жителей
города, и провели они, празднуя, целый месяц, а затем  царевич  вошел  к
девушке, и они обрадовались друг другу великою радостью. И вот  то,  что
было с ними. А его отец сломал коня из эбенового дерева и прекратил  его
движения.
   А потом царевич написал письмо отцу девушки и упомянул  в  нем  о  ее
обстоятельствах и рассказал, что он женился на ней и она находится у не-
го в наилучшем положении. Он послал царю письмо с посланным и  послал  с
ним подарки и дорогие редкости. И когда посланный достиг города отца де-
вушки, то есть Сана в Йемене, он доставил письмо и подарки этому царю. А
тот, прочитав письмо, сильно образовался и принял подарки я оказал  ува-
жение посланному, а потом он приготовил роскошный подарок для своего зя-
тя, сына царя, и послал ему его с тем посланным. И посланный возвратился
с подарком к царевичу и осведомил его о том, что царь, отец девушки, об-
радовался, когда дошло до него сведение о его дочери, и его охватило ве-
ликое веселье.
   И царь стал каждый год писать своему зятю и одарять его, и  они  про-
должали так делать, пока не скончался царь, отец юноши, и  тот  не  взял
власть после него в царстве. И был он справедлив к подданным и шел с ни-
ми путем, угодным Аллаху. И подчинились ему страны, и  повиновались  ему
рабы, и жили они сладостнейшей и самой здоровой жизнью, пока не пришла к
ним Разрушительница наслаждений и Разлучительница собраний,  разрушающая
дворцы и населяющая могилы. Да будет же хвала  живому,  неумирающему,  в
чьей руке видимое и невидимое царство!