Сайт тысячи и одной ночи
Сайт
ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ

перевод с арабского М. А. Салье





 
   
1001 ночь. Книга тысячи и одной ночи. Арабские сказки
 
 


1001 ночь. Арабские сказки

Книга тысячи и одной ночи


Оглавление

Рассказ о Мусабе ибн аз-Зубейре и Аише

 

примечания в квадратных скобках [   ]

 

 

Тысяча и одна ночь. Сказки  
   Рассказывают также про Мусаба ибн аз-Зубейра, что  он  нашел  АЗЗУ  в
аль-Медине (а она была из разумнейших женщин) и сказал  ей:  "Я  намерен
жениться на Аише, дочери Тальхи, и мне хочется, чтобы ты пошла к  ней  и
посмотрела, какова ее наружность".
   И Азза пошла к ней и потом вернулась к Мусабу и  сказала:  "Я  видела
лицо прекраснее, чем здоровье. У нее большие глаза, под которыми  нос  с
горбинкой, и овальные щеки, и рот, подобный плоду граната, и шея,  точно
серебряный кувшин, а под всем этим грудь с сосками, подобными двум  гра-
натам, и под нею втянутый живот с пупком,  точно  шкатулка  из  слоновой
кости, а зад у нее, как кучка песку, и плотные бедра, и голени, подобные
двум мраморным столбам, но я только видела, что ее ноги велики.  Ты  бу-
дешь проводить с ней время в минуту нужды".
   И когда Азза приписала Аише такие качества, Мусаб женился  на  ней  и
вошел к ней..."
   И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.


   Триста восемьдесят седьмая ночь

   Когда же настала триста восемьдесят седьмая ночь, она сказала: "Дошло
до меня, о счастливый царь,  что,  когда  Азза  приписала  Аише,  дочери
Тальхи, такие качества, Мусуб женился на ней и вошел к ней. А потом Азза
позвала Аишу и корейшитских [405] женщин к себе домой и пропела  (а  Мусаб
стоял тут же) такие стихи:
   "И женщин уста издают аромат,
   Сладка их улыбка и их поцелуй,
   Вкусила лишь мысли свои я о нем,
   Но судят за мысли ведь судьи у нас"
   А в ночь, когда Мусаб входил к ней, он ушел от нее только после  семи
раз, и его встретила одна из его вольноотпущенниц,  когда  он  проснулся
утром, и сказала: "Я выкуп за тебя! Ты был совершенен во  всем,  даже  в
этом".
   А одна женщина говорила: "Я была у Аиши, дочери Тальхи,  и  вошел  ее
муж, и Аишу потянуло к нему, и он упал на нее, а она  начала  храпеть  и
стала делать движения чудесные, невиданные и диковинные, а я слушала.  А
когда он вышел от нее, я сказала: "Как ты можешь это  делать  при  твоем
благородстве, происхождении и положении, когда я у тебя в доме?"  И  она
отвечала: "Женщина делает для своего мужа какие только может  волнующие,
диковинные движения, что же ты в этом порицаешь?" -  "Лучше,  чтобы  это
было ночью", - сказала я. И она отвечала: "Так днем бывает,  а  ночью  я
делаю еще большее, так как, когда мой муж меня  видит,  в  нем  начинает
двигаться страсть и поднимается похоть, и он тянется ко мне, а я ему по-
слушна, и бывает то, что ты видишь".
   Дошло до меня, что Абу-ль-Асвад купил невольницу косоглазую, из мест-
ных уроженок, и был доволен ею. И его родные  стали  порицать  ее  перед
ним, и Абу-ль-Асвад удивился им и, подняв ладони кверху, произнес  такие
два стиха:
   "Ее предо мной бранят, хотя в ней порока нет,
   Вот только в глазах ее как будто бы пятнышко.
   Но если в глазах ее и есть порок, то она
   Стройна в верхней части тела и тяжела внизу".