Сайт тысячи и одной ночи
Сайт
ТЫСЯЧИ И ОДНОЙ НОЧИ

перевод с арабского М. А. Салье





 
   
1001 ночь. Книга тысячи и одной ночи. Арабские сказки
 
 


1001 ночь. Арабские сказки

Книга тысячи и одной ночи


Оглавление

Сказка о Джударе

 

примечания в квадратных скобках [   ]


  • Сказка о Джударе, ночи 607-616
  • Сказка о Джударе, ночи 617-624

     

     

    Тысяча и одна ночь. Сказки  
       Шестьсот семнадцатая ночь
    
       Когда же настала шестьсот семнадцатая ночь, она  сказала:  "Дошло  до
    меня, о счастливый царь, что Джудара взяли, и понесли и вынесли из  дома
    под - покровом ночи и послали его в Суэц и наложили ему на ноги цепи.  И
    стал он прислуживать и все молчал и служил, как служат пленники или  ра-
    бы, в течение целого года. Вот что было с Джударом.
       Что же касается его братьев, то, проснувшись утром, они вошли к своей
    матери и сказали ей: "О матушка, наш брат Джудар еще не  просыпался?"  -
    "Разбудите его", - сказала мать, и братья спросили: "Где он спит?" -  "С
    гостями", - отвечала мать. И братья сказали: "Может быть, он ушел с гос-
    тями, когда мы спали, о матушка? Похоже, что наш брат нашел вкус в  пре-
    бывании на чужбине и захотел войти в клады. Мы слышали, как он  разгова-
    ривал с магрибинцами, и те ему говорили: "Мы возьмем тебя с собой и отк-
    роем тебе клад". - "А он виделся с магрибинцами?" - спросила их мать,  и
    они сказали: "А разве они не были у нас в гостях?" - "Может быть,  он  и
    отправился с ними, - сказала их мать, - но Аллах выведет его  на  прямой
    путь. Он ведь счастливый и обязательно добудет добра".
       И она заплакала, и ей  показалось  тяжко  расстаться  с  Джударом,  и
    братья сказали ей: "О проклятая, неужели ты  любишь  Джудара  такой  лю-
    бовью! Когда мы уходим или приходим, ты не радуешься  и  не  печалишься.
    Разве мы не твои дети, как и Джудар?" - "Вы  мои  дети,  -  отвечала  им
    мать, - но вы несчастные, и вы не сделали мне милости. С того  дня,  как
    умер ваш отец, я не видела от вас блага. А что до Джудара, то  я  видела
    от него великое благо, и он залечил мое сердце и оказал мне уважение,  и
    мне следует о нем плакать, так как его милость лежит на мне и на вас".
       Когда братья услышали эти слова, они стали ругать свою мать и бить ее
    и, войдя в дом, принялись искать мешок, пока не наткнулись  на  него.  И
    они взяли из одного кармана драгоценные камни, а из другого -  золото  и
    заколдованный мешок и сказали матери: "Это  имущество  нашего  отца!"  -
    "Нет, клянусь Аллахом, - отвечала им мать, - это имущество вашего  брата
    Джудара, которое он принес из страны магрибинцев". - "Ты лжешь, - сказа-
    ли братья, - это имущество нашего отца, и мы будем им распоряжаться!"
       И они разделили найденное между собой, и у  них  возникло  несогласие
    насчет заколдованного мешка, и Салим сказал: "Я возьму его!" И Селим то-
    же сказал: "Я возьму его!" И началось между ними препирательство. И тог-
    да мать сказала: "О дети мои, золото и  драгоценности,  которые  были  в
    мешке, вы разделили, а  этого  мешка  не  разделить  и  не  уравновесить
    деньгами, а если разорвать его на два куска, его чары исчезнут. Оставьте
    его у меня, и я буду выставлять вам поесть во всякое время, а сама, меж-
    ду вами, удовольствуюсь кусочком и тем, что вы оденете меня  во  что-ни-
    будь, по вашей милости. Каждый из вас начнет торговое дело, и вы  -  мои
    дети, а я - ваша мать. Пусть останется все как  было,  побоимся  позора:
    ведь, может быть, брат ваш придет".
       Но братья не послушались ее и провели всю ночь в спорах. И их услышал
    один лучник [507] из приближенных царя, - а он был приглашен в дом, по со-
    седству с домом Джудара, где было открыто окно. И лучник выглянул из ок-
    на и услышал весь спор и те слова, которые  говорили  братья  о  дележе.
    Когда наступило  утро,  этот  лучник  пошел  к  царю,  -  а  звали  царя
    Шамс-ад-Дауле, и он был в то время царем Египта. И когда лучник вошел  к
    нему, он рассказал о том, что услышал, и царь послал за братьями Джудара
    и велел привести их и кинуть под пытку, и они сознались, и царь отнял  у
    них мешок и посадил их в тюрьму. А затем он назначил матери  Джудара  на
    каждый день столько благ, чтобы ей хватило, и вот то, что было с ними.
       Что же касается Джудара, то он провел целый год, прислуживая в Суэце,
    а через год они поднялись на корабль, и напал на них ветер, который  ки-
    нул их корабль к одной горе, и корабль разбился, и все, что было на нем,
    потонуло, и никто не достиг суши, кроме  Джудара,  а  остальные  путники
    умерли. И когда Джудар достиг суши, он шел до тех пор, пока не дошел  до
    кочевья арабов, и те спросили его, что с ним, и он рассказал им, что был
    моряком на корабле, и поведал им свою историю. А в кочевье был один  ку-
    пец из жителей Джидды [508], и он сжалился над Джударом и сказал ему:  "Не
    послужишь ли ты у нас, о египтянин, я буду тебя одевать и возьму тебя  с
    собою в Джидду?"
       И Джудар служил ему и ехал с ним, пока они не достигли Джидды, и  ку-
    пец оказал ему великий почет, а потом купец, господин  Джудара,  захотел
    совершить паломничество и взял Джудара в Мекку. И когда они вступили ту-
    да, Джудар пошел совершить круговой обход [509] в заповедном пространстве,
    и когда он совершал обход, он вдруг увидел  своего  приятеля  магрибинца
    Абд-ас-Самада, который тоже совершал обход..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот восемнадцатая ночь
    
       Когда же настала шестьсот восемнадцатая ночь, она сказала: "Дошло  до
    меня, о счастливый царь, что, когда Джудар шел, совершая круговой обход,
    он вдруг увидел своего приятеля магрибинца Абд-ас-Самада,  который  тоже
    совершал обход. И, увидав Джудара, магрибинец приветствовал его и  спро-
    сил, как он поживает. И Джудар заплакал и рассказал ему о том, что с ним
    случилось. Тогда магрибинец взял его с собой и ввел его  в  свой  дом  и
    оказал ему уважение и надел на него одежду, которой нет равной,  и  ска-
    зал: "Оставило тебя дурное, о Джудар". Он погадал на песке, и стало  ему
    видно то, что случилось с братьями Джудара, и он сказал: "Знай,  о  Джу-
    дар, что с твоими братьями случилось то-то и то-то,  и  они  заточены  в
    тюрьме царя Египта, но да будет тебе у меня просторно, пока ты не совер-
    шишь благочестивые обряды, и достанется тебе одно лишь добро". - "О гос-
    подин мой, - отвечал ему Джудар, - я пойду и попрощаюсь с купцом, у  ко-
    торого живу, и приду к тебе". - "Должен ли ты деньги?" - спросил  магри-
    бинец. И Джудар ответил: "Нет". И  тогда  Абд-ас-Самад  молвил:  "Ступай
    простись с купцом и приходи тотчас же, хлеб  налагает  обязательства  на
    сынов дозволенного".
       И Джудар пошел и простился с купцом и сказал ему; "Я встретился с мо-
    им братом". - "Ступай приведи его, мы сделаем ему  угощение",  -  сказал
    купец. И Джудар молвил: "Он не нуждается: он из людей благоденствия, и у
    него много слуг".
       И купец дал Джудару двадцать динаров и сказал ему:  "Очисти  меня  от
    ответственности". И Джудар простился с купцом и вышел. И вдруг он увидал
    одного бедного человека и отдал ему эти двадцать динаров. И он отправил-
    ся к Абд-ас-Самаду, магрибинцу, и пробыл у него, пока они  не  исполнили
    обрядов паломничества, и магрибинец дал ему кольцо, которое Джудар  взял
    из клада аш-Шамардаля, и сказал ему: "Возьми это  кольцо,  оно  приведет
    тебя к тому, что ты хочешь, ибо у него есть слуга  по  имени  Грохочущий
    Гром, и если тебе что-нибудь понадобится из мирских благ, потри  кольцо,
    и перед тобою явится этот слуга, и все, что ты ему  прикажешь,  он  тебе
    сделает".
       И он потер перед Джударом кольцо, и к нему явился слуга и крикнул: "Я
    здесь, о господин, что ты потребуешь, то получишь! Построишь ли ты  раз-
    рушенный город, или разрушишь построенный город, или  убьешь  царя,  или
    разобьешь войско?" - "О Гром, - сказал ему магрибинец,  -  этот  человек
    стал твоим господином, заботься о нем".
       И затем он отпустил марида и сказал Джудару: "Потри кольцо,  и  перед
    тобой появится его слуга; приказывай ему все, что хочешь, и он не  будет
    тебе прекословить. Отправляйся в твою страну и храни кольцо -  ты  пере-
    хитришь им твоих врагов. Не пренебрегай же ценностью этого кольца". - "О
    господин, - отвечал Джудар, - с твоего позволения, я поеду в  мою  стра-
    ну". - "Потри кольцо, - молвил магрибинец, - слуга появится перед тобой,
    и ты сядешь ему на спину, и если ты скажешь ему: "Доставь  меня  сегодня
    же в мою страну", он не ослушается твоего приказания".
       И затем Джудар попрощался с Абд-ас-Самадом и потер кольцо, и  к  нему
    явился Грохочущий Гром и сказал ему: "Я здесь,  требуй  и  получишь!"  -
    "Доставь меня в Египет в сегодняшний же день", - сказал Джудар. И  слуга
    молвил: "Будь по-твоему". И поднял его и летел с ним от времени  полудня
    до полуночи. А затем он опустился с ним в пределах  дома  его  матери  и
    ушел. И Джудар вошел к своей матери, и, увидав его, она поднялась и зап-
    лакала, и приветствовала его, и рассказала ему о том, что  постигло  его
    братьев от царя и как он их побил и отнял у них  заколдованный  мешок  и
    мешок с золотом и драгоценностями. И когда Джудар услышал это, ему стало
    не легко, что его братья страдают. И он сказал  своей  матери:  "Не  пе-
    чалься о том, что миновало; я сейчас покажу тебе, что я сделаю, и приве-
    ду моих братьев".
       И затем он потер кольцо, и явился к нему слуга и  сказал:  "Я  здесь,
    требуй - получишь!" И Джудар сказал ему: "Я приказываю тебе привести  ко
    мне моих братьев из тюрьмы царя". И слуга спустился под  землю  и  вышел
    изпод нее лишь посреди тюрьмы. А Салим и Селим были в сильнейшем стесне-
    нии и великом горе из-за мук заточения, и они  стали  желать  смерти,  и
    один говорил другому: "Клянусь Аллахом, о брат мой, продлилась над  нами
    беда! До каких пор будем мы в этой тюрьме? Умереть в ней - для  нас  из-
    бавление".
       И когда это было так, земля вдруг расступилась, и вышел к ним  Грохо-
    чущий Гром. Он поднял обоих братьев и спустился  с  ними  под  землю,  и
    братья обмерли от сильного страха, а очнувшись, они увидели себя в своем
    доме и увидели, что их брат Джудар сидит там и мать его - с  ним  рядом.
    "Добро пожаловать, братья! - сказал Джудар. - Вы меня обрадовали".
       И братья склонили лица к земле и стали плакать, и Джудар  сказал  им:
    "Не плачьте, шайтан и жадность привели вас к этому. И как вы могли  меня
    продать? Но я утешаюсь, вспоминая о Юсуфе [510]  то,  что  сделали  с  ним
    братья, еще страшней, чем ваш поступок со мной: они ведь бросили  его  в
    колодец..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот девятнадцатая ночь
    
       Когда же настала шестьсот девятнадцатая ночь, она сказала: "Дошло  до
    меня, о счастливый царь, что Джудар сказал своим братьям:  "Как  это  вы
    сделали со мной такое дело? Но раскайтесь перед аллахом  и  попросите  у
    него прощения, - он простит вас, ибо он - прощающий, милостивый. А я вас
    извинил, и да будет вам просторно! С вами не случится беды".
       И он стал их уговаривать и успокоил их сердца, и потом он принялся им
    рассказывать обо всем, что он вынес в Суэце, пока не встретился с шейхом
    Абд-ас-Самадом, и рассказал им о кольце, и братья сказали: "О брат  наш,
    не взыщи с нас на этот раз, а если мы вернемся к тому, что делали,  пос-
    тупай с нами как желаешь". - "Не беда! - сказал Джудар, - но  расскажите
    мне, что сделал с вами царь". - "Он нас побил и угрожал нам,  -  сказали
    братья, - и взял от нас мешки". - "И он не остерегся?" - воскликнул Джу-
    дар. И он потер кольцо, и слуга явился к нему, и  когда  братья  увидели
    это, они испугались и подумали, что Джудар велит слуге их убить, и пошли
    к своей матери и стали говорить: "О матушка, мы под твоей защитой, о ма-
    тушка, заступись за нас!" - "О дети мои,  не  бойтесь!"  -  ответила  им
    мать. И Джудар сказал слуге: "Я приказываю тебе принести  мне  все,  что
    находится в казне царя из драгоценных камней и прочего. Не оставляй  там
    ничего и принеси заколдованный мешок и мешок с драгоценностями,  которые
    царь отнял у моих братьев", - "Слушаюсь и повинуюсь", - ответил слуга  и
    тотчас же исчез и забрал все, что было в казне, и принес  мешки  с  тем,
    что в них заключалось. И он положил все, что было в казне, перед  Джуда-
    ром и сказал ему: "О господин, я не оставил в казне ничего".
       И Джудар приказал своей матери беречь мешок с драгоценностями и поло-
    жил заколдованный мешок перед собой и сказал слуге: "Я  приказываю  тебе
    построить в сегодняшнюю ночь высокий дворец и покрыть его жидким золотом
    и устлать роскошными коврами, и пусть не взойдет день, раньше чем ты все
    это кончишь". - "Будь потвоему", - сказал слуга и спустился под землю. И
    после этого Джудар вынул кушанья, и все поели  и  повеселились  и  легли
    спать.
       Что же касается слуги, то он собрал своих помощников и велел им пост-
    роить дворец. И одни стали ломать камни, другие строить, третьи  белить,
    четвертые рисовать, а пятый стлал ковры. И не взошел еще день, как  дво-
    рец был уже в полном порядке. И тогда слуга поднялся к Джудару и сказал:
    "О господин, дворец совершенно готов и в полном порядке, и если ты  вый-
    дешь посмотреть на него, то выходи".
       И Джудар вышел со своей матерью и братьями, и они увидали  этот  дво-
    рец, которому не было равных, и красота его устройства ошеломляла ум.  И
    Джудар обрадовался этому дворцу, который стоял на перекрестке дороги,  и
    он ничего на него не потратил. "Будешь ли ты  жить  в  этом  дворце?"  -
    спросил он мать. И та сказала: "О дитя мое, буду!" И она призвала на не-
    го благословения.
       И Джудар потер кольцо и  вдруг  услышал,  как  слуга  говорит:  -  "Я
    здесь!" - "Я приказываю тебе, - сказал Джудар, - привести мне сорок  не-
    вольниц, белых и прекрасных, и сорок черных невольниц, и сорок белых не-
    вольников и сорок рабов". - "Будь по-твоему!" - отвечал слуга и  ушел  с
    четырьмя десятками своих помощников в страны Хинд, Синд [511] и Персию. И,
    всякий раз как они видели красивую девушку, они похищали  ее,  и  юношей
    тоже похищали. И слуга послал еще сорок, и они привели прекрасных черных
    невольниц, а другие сорок привели негров, и все пришли в дом  Джудара  и
    наполнили его. А затем слуга показал невольников Джудару, и они ему пон-
    равились, и он сказал: "Принеси для каждого человека платье  из  роскош-
    нейших одежд". - "Готово!" - сказал слуга.  И  Джудар  молвил:  "Принеси
    одежду, чтобы надеть моей матери, и одежду, чтобы надеть мне".  И  слуга
    принес все это, и тогда Джудар одел невольниц и  сказал  им:  "Вот  ваша
    госпожа, целуйте у нее руку и не прекословьте ей. Служите  ей,  белые  и
    черные!"
       И он одел белых невольников, и те поцеловали у Джудара руку,  и  одел
    своих братьев, и Джудар стал подобием царя, а братья его - точно везири.
    А его дом был просторен, и он поселил Селима и  его  невольниц  в  одной
    стороне и Салима с его невольницами в другой стороне, а сам зажил с  ма-
    терью в новом дворце, и каждый был в своем жилище, точно султан.
       Вот что было с ними. Что же касается казначея  царя,  то  он  захотел
    взять из казны какие-то вещи, и вошел и не увидел там ничего,  напротив,
    он нашел ее подобной тому, что сказал некто:
       Вот ульи пчелиные, что были населены,
       Но, пчелы когда ушли, они опустели.
       И казначей издал великий вопль и упал без чувств, а очнувшись, он вы-
    шел из казны и оставил двери в нее открытыми и вошел к царю Шамс-ад-Дау-
    ле и сказал: "О повелитель правоверных, вот о чем мы  осведомляем  тебя:
    казна опустела сегодня ночью". - "Что ты сделал с моими деньгами,  кото-
    рые были в моей казне?" - спросил царь. И везирь сказал: "Клянусь  Алла-
    хом, я ничего с ними не сделал и не знаю, по какой причине она опустела.
    Вчера я ходил туда и видел, что казна полна, а сегодня я увидел, что она
    пуста, и в ней ничего нет, и двери заперты, и их не повредили,  и  засов
    не сломан, и туда не входил вор". - "А пропали мешки?" - спросил царь. И
    везирь сказал: "Да". И тогда ум улетел у царя из головы..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Ночь, дополняющая до шестисот двадцати
    
       Когда же настала ночь, дополняющая до шестисот двадцати, она сказала:
    "Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда казначей царя вошел к нему
    и осведомил его о том, что все из казны пропало и мешки тоже, ум  улетел
    у царя из головы, и он поднялся на ноги и сказал казначею: "Иди  впереди
    меня".
       И казначей пошел, а царь последовал за ним, и они вошли  в  казну,  и
    царь не нашел там ничего и огорчился и воскликнул:  "Кто  напал  на  мою
    казну и не побоялся моей ярости?" И он разгневался сильным гневом и  вы-
    шел и собрал диван, и пришли старшины войска, и всякий из них думал, что
    царь гневается на него. И царь сказал: "О воины, знайте, что  моя  казна
    ограблена сегодня ночью, и я не знаю, кто совершил такие поступки и  на-
    пал на меня, не боясь меня". - "А как так?" -  спросили  воины.  И  царь
    сказал: "Спросите казначея".
       И казначея спросили, и он сказал: "Вчера она была полна, а сегодня  я
    вошел в нее и увидел, что она пуста, но дверь ее не повредили и не взло-
    мали ее".
       И воины удивились таким словам, но не успели они еще дать ответ,  как
    лучник, который раньше донес на Салима и Селима, вошел к царю и  сказал:
    "О царь времени, я всю ночь  смотрел  на  каких-то  строителей,  которые
    строили, а когда взошел день, я увидел выстроенный дворец, которому  нет
    равных. И я спросил, и мне сказали, что Джудар прибыл  к  построил  этот
    дворец, и у него есть невольники и рабы, и он принес много денег и осво-
    бодил своих братьев из тюрьмы, и теперь он у себя  дома,  точно  султан.
    "Посмотрите в тюрьме", - сказал царь. И люди посмотрели и не увидели Са-
    лима и Селима и вернулись и осведомили царя о том, что случилось, и царь
    сказал: "Ясно, кто мой обидчик! Кто освободил Салима и Селима из тюрьмы,
    тот взял и мои деньги". - "О господин, а кто это?" - спросил  везирь.  И
    царь сказал: "Это их брат Джудар. И он взял мешки. Но пошли, о везирь, к
    нему эмира с пятьюдесятью человеками, пусть они его схватят вместе с его
    братьями и наложат печати на все его имущество и приведут их ко мне, а я
    их повещу". И царь разгневался сильным гневом и воскликнул: "Живо!  Пос-
    корей пошли к нему эмира, пусть он приведет их ко мне, чтобы я их убил".
    - "Будь терпелив, - сказал везирь, - Аллах терпелив и не торопится нака-
    зать своего раба, когда тот его ослушается. С  тем,  кто,  как  говорят,
    построил дворец в одну ночь, не справится никто в мире. Я боюсь,  что  с
    эмиром случится из-за Джудара беда. Потерпи, пока я придумаю план, и  мы
    увидим истину в этом деле. А того, чего ты  желаешь,  ты  достигнешь,  о
    царь времени". - "Придумай мне план, о везирь", - сказал царь. И  везирь
    молвил: "Пошли к нему эмира и пригласи его, а я буду к нему внимателен и
    проявлю к нему любовь и стану его спрашивать, как он поживает,  а  после
    этого мы посмотрим: если его решимость сильна, мы  устроим  с  ним  хит-
    рость, а если его решимость слаба, схватим его, и делай с  ним  что  хо-
    чешь". - "Пошли пригласить его", - сказал царь. И везирь приказал  эмиру
    по имени Осман отправиться к Джудару и пригласить  его  и  сказать  ему:
    "Царь зовет тебя на угощение". - "И не приходи иначе, как с ним", - ска-
    зал ему царь. А этот эмир был дурак и превозносился в душе. И, выйдя, он
    увидел перед воротами дворца евнуха, который сидел на скамеечке. И когда
    эмир Осман подошел ко дворцу, евнух не встал перед  ним,  будто  к  нему
    никто и не приближался, а с эмиром Османом  было  пятьдесят  человек.  И
    эмир Осман подошел и сказал: "О раб, где твой господин?" И тот  ответил:
    "Во дворце".
       И когда эмир Осман говорил с ним, евнух сидел, облокотившись. И  эмир
    Осман рассердился и сказал: "О скверный раб, разве тебе меня не  стыдно?
    Я с тобой разговариваю, а ты лежишь как негодяй!" - "Иди и не будь  мно-
    горечив", - сказал евнух, И когда эмир услышал от  него  эти  слова,  он
    пропитался гневом и, подняв свою дубинку, хотел ударить евнуха, а он  не
    знал, что это шайтан. И, увидав, что эмир вынул дубинку, евнух  поднялся
    и бросился на него и отнял у него дубинку и ударил его  четыре  раза.  И
    когда его пятьдесят человек увидели это, им стало тяжело, что их  госпо-
    дина бьют, и они вытащили мечи и хотели убить раба. Но  тот  воскликнул;
    "Вы вынимаете мечи, о собаки!" И бросился на них,  и  всякого,  кого  он
    ударял дубинкой, он разбивал и топил в крови. И люди побежали перед  ра-
    бом и бежали, а раб все бил их, пока они не удалились от ворот дворца, и
    тогда раб вернулся и сел на свою скамеечку, не обращая ни на кого внима-
    ния..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот двадцать первая ночь
    
       Когда же настала шестьсот двадцать первая ночь, она  сказала:  "Дошло
    до меня, о счастливый царь, что, когда евнух прогнал эмира Османа, приб-
    лиженного царя, и его людей и удалил их от ворот дома Джудара,  он  вер-
    нулся и сел на скамеечку у дворцовых ворот, не обращая ни на кого внима-
    ния. Что же касается эмира Османа и его людей, то они вернулись, бегущие
    и побитые, и остановились перед царем Шамс-адДауле и рассказали ему, что
    с ними случилось. И эмир Осман сказал царю: "О царь времени, когда я по-
    дошел к воротам дворца, я увидел евнуха, который сидел в воротах на  зо-
    лотой скамеечке, гордясь, и, увидев, что я подхожу к  нему,  он  полулег
    после того, как сидел прямо, и пренебрег мною и не встал передо мною.  И
    я стал с ним разговаривать, а он отвечал  мне  полулежа.  И  меня  взяла
    ярость, и я вытащил дубинку и хотел ударить его, но он отнял у меня  ду-
    бинку и побил меня и побил моих людей и повалил их, и мы убежали от него
    и не могли с ним справиться".
       И царя охватил гнев, и он воскликнул: "Пусть пойдет к нему сто  чело-
    век!" И эти его человек отправились к рабу и пришли к нему, и раб  встал
    на них с дубинкой и избивал их до тех пор, пока они  не  побежали  перед
    ним. И тогда он вернулся и сел на свою скамеечку. И эти сто человек вер-
    нулись к царю и, придя к нему, рассказали ему обо  всем  и  сказали:  "О
    царь времени, мы побежали перед ним, боясь его". - "Пусть пойдут к  нему
    двести!" - сказал царь. И они пошли, и раб разбил их, и когда они верну-
    лись, царь сказал везирю: "Я обязываю тебя, о везирь, выйти с пятьюстами
    людей и поскорей привести ко мне этого евнуха, а также привести его гос-
    подина Джудара и его братьев". - "О царь времени, - сказал везирь, - мне
    не нужно солдат, напротив, я пойду один без  оружия".  И  везирь  скинул
    оружие и надел белую одежду и, взяв в руки четки, пошел один. И он дошел
    до дворца Джудара и увидел, что тот раб сидит, и, увидав его, подошел  к
    нему без оружия и вежливо сел с ним рядом и сказал: "Мир с вами!" И  раб
    ответил: "И с тобой мир, о человек! Чего ты хочешь?" И когда везирь  ус-
    лышал, что раб говорит: "О человек", - он понял, что он  из  джиннов,  и
    задрожал от страха и сказал  ему:  "О  господин,  твой  господин  Джудар
    здесь?" - "Да, во дворце", - ответил раб. И везирь сказал: "О  господин,
    пойди к нему и скажи: "Царь Шамсад-Дауле зовет тебя. Он  устраивает  для
    тебя угощение и передает тебе привет и говорит, чтобы ты почтил его  жи-
    лище и отведал его угощение". - "Постой здесь, а я с  ним  поговорю",  -
    сказал раб. И везирь остался стоять, соблюдая пристойность, а марид  во-
    шел во дворец и сказал Джудару: "Знай, о господин, что  царь  прислал  к
    тебе эмира, и я побил его, и с ним было пятьдесят человек, и  я  обратил
    их в бегство. А затем он послал сто человек, и я побил их.  И  потом  он
    послал двести человек, я обратил и их в бегство, и теперь  он  послал  к
    тебе везиря, безоружного, и зовет тебя к себе, чтобы ты съел его  угоще-
    ние. Что ты скажешь?" - "Ступай приведи везиря сюда", - сказал Джудар. И
    раб вышел из дворца и сказал везирю: "О везирь, поговори с моим господи-
    ном". - "На голове!" - сказал везирь. А затем он пошел и вошел к Джудару
    и увидел, что тот величественнее царя и сидит  на  таких  коврах,  каких
    царь не может постлать. И мысли везиря смутились из-за красоты дворца  и
    украшений в нем и ковров, и везирь казался в сравнении с Джударом бедня-
    ком. И он поцеловал перед ним землю и пожелал ему блага, и Джудар  спро-
    сил: "Какое у тебя дело, о везирь?" И везирь сказал: "О  господин,  царь
    Шамс-ад-Дауле тебя любит и шлет тебе привет  и  стремится  взглянуть  на
    твое лицо. Он приготовил для тебя угощение - залечишь ли ты его сердце?"
    - "Если он меня любит, - сказал Джудар, - передай  ему  привет  и  скажи
    ему, чтобы он пришел ко мне". - "На голове!" - отвечал везирь. И  Джудар
    вынул кольцо и потер его, и слуга кольца явился перед ним, и Джудар ска-
    зал: "Подай мне одежду из наилучших платьев!" И слуга принес ему одежду,
    и Джудар сказал: "Надень ее, о везирь!" И везирь надел ее, и Джудар мол-
    вил: "Ступай осведоми царя о том, что я сказал".
       И везирь вышел, одетый в эту одежду, равной которой он не надевал,  и
    пошел к царю и рассказал ему о положении Джудара и  расхвалил  дворец  и
    все, что там было, и сказал: "Джудар пригласил тебя". - "Поднимайтесь, о
    воины", - сказал царь, и все поднялись, и тогда царь  молвил:  "Садитесь
    на коней и подайте мне моего коня, и мы отправимся к  Джудару".  И  царь
    сел на коня и взял с собой воинов, и они отправились в дом Джудара.
       Что же касается Джудара, то он сказал мариду: "Я хочу, чтобы ты  при-
    вел к нам ифритов из твоих помощников, в облике людей, и они были  бы  у
    нас свитой и стояли бы во дворе дома, чтобы царь увидел их, - и испугал-
    ся, и устрашился, и сердце его задрожало бы, и он понял,  что  моя  сила
    больше его силы".
       И слуга привел двести ифритов в облике солдат,  опоясанных  роскошным
    оружием, и все они были сильные и толстые. И когда царь прибыл, он  уви-
    дел этих сильных и толстых людей, и его сердце устрашилось. И  затем  он
    поднялся во дворец и вошел к Джудару и увидел, что тот сидит так, как не
    сидит ни один царь или султан, и он приветствовал его и приложил руки  к
    голове, а Джудар не встал и не оказал ему уважения и не сказал ему: "Са-
    дись!" - но оставил его стоять..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот двадцать вторая ночь
    
       Когда же настала шестьсот двадцать вторая ночь, она  сказала:  "Дошло
    до меня, о счастливый царь, что, когда царь вошел к Джудару, тот не под-
    нялся к нему и не оказал ему уважения и не сказал "Садись!" - но оставил
    его стоять. И царя охватил страх, и он не мог ни сесть, ни уйти и думал:
    "Если бы он меня боялся, он не выкинул бы меня из головы и, может  быть,
    он мне повредит из-за того, что я сделал с его братьями".
       А потом Джудар сказал ему: "О царь времени, не дело  таким,  как  ты,
    обижать людей и отбирать у них деньги". И царь воскликнул: "О  господин,
    не взыщи с меня: жадность заставила меня это сделать, и исполнился  при-
    говор судьбы. Если бы не было греха, не было бы и прощения". И  он  стал
    оправдываться перед Джударом за то, что раньше сделал, и просить у  него
    прощения и извинения, и среди своих оправданий он произнес такие стихи:
       "О достойных сын дедов, кроткий по нраву "
       Не кори нас за то, что мы совершили.
       Если ты нас обидел, мы извиняем,
       Если мы обижали, ты извини нас..."
       И он унижался перед ним до тех пор, пока Джудар не  сказал  ему:  "Да
    простит тебя Аллах!" - и не велел ему сесть. И царь сел, и Джудар  надел
    на него одежду пощады и приказал своим братьям расставить столы, а после
    того как поели, он одел людей царя я оказал ему уважение, и  затем  царь
    приказал уходить и вышел из дома Джудара. И каждый день  он  приходил  к
    Джудару и собирал диван только в доме Джудара, и увеличивалась между ни-
    ми дружба и любовь.
       И они провели таким образом некоторое время, а потом царь остался на-
    едине с везирем и сказал ему: "О везирь, я боюсь, что Джудар убьет  меня
    и отнимет у меня царство". И везирь сказал ему: "О царь времени, что ка-
    сается царства, то не бойся: положение Джудара выше положения царя и ов-
    ладение царством унизит его достоинство. А если ты боишься, что он убьет
    тебя, то у тебя есть дочь, выдай ее за него, и вы с ним будете в  одина-
    ковом положении". - "О везирь, ты будешь посредником между ним и  мною",
    - сказал царь. И везирь молвил: "Пригласи его к себе, и мы будем  прово-
    дить вечер в какой-нибудь комнате, а ты вели своей дочери  нарядиться  в
    самый роскошный наряд и пройти мимо комнаты; увидав ее, он ее полюбит. И
    когда мы поймем, что это случилось, я обращусь к нему и скажу  ему,  что
    это - твоя дочь, и заведу с ним разговор, как будто ты ничего не знаешь,
    и он посватает ее у тебя. А когда ты женишь его на своей дочери, вы  бу-
    дете с ним как единое и ты окажешься от него в безопасности, а  если  он
    умрет, ты наследуешь от него многое". - "Ты прав, о  везирь",  -  сказал
    царь.
       И он сделал угощение и пригласил Джудара, и тот пришел  в  султанский
    дворец, и они просидели в великом веселье до конца дня. А царь послал  к
    своей жене и велел ей нарядить дочь в самый роскошный наряд и  пройти  с
    нею мимо дверей комнаты, и жена его сделала так, как он сказал, и прошла
    со своей дочерью, и Джудар увидал ее. А она  обладала  красотой  и  пре-
    лестью, и ей не было равных, и когда Джудар как следует в нее  всмотрел-
    ся, он сказал: "Ах!" И его члены расслабли, и охватила его  сильная  лю-
    бовь и страсть, и овладела им тоска и волнение, и цвет его  лица  пожел-
    тел. "Да не будет с тобой беды, о господин! - сказал тогда везирь. - Что
    это" я вижу, ты расстроился и ахаешь?" - "О везирь, чья это  дочка?  Она
    похитила меня и отняла у меня разум!" - воскликнул Джудар. И везирь  от-
    ветил: "Это дочь твоего друга - царя. Если она тебе нравится, я поговорю
    с ним, и он выдаст ее за тебя замуж". - "О везирь, -  сказал  Джудар,  -
    поговори с ним! Клянусь жизнью, я дам тебе все, чего ты попросишь, и дам
    царю все, чего он попросит, как выкуп за его дочь, и мы станем  любящими
    родственниками". - "Ты непременно достигнешь своей цеди", -  сказал  ве-
    зирь. А затем везирь потихоньку поговорил с царем и сказал ему: "О  царь
    времени, твой любимец Джудар хочет к тебе приблизиться, и он ищет  через
    меня к тебе доступа, чтобы ты выдал за него свою дочь, Ситт-Асию. Не об-
    мани же моих ожиданий и прими мое посредничество - все, чего  ты  попро-
    сишь как выкуп за нее, он тебе даст". - "Выкуп уже прибыл ко мне, - ска-
    зал царь, - а моя дочь - служанка для услуг ему, и я выдам  ее  за  него
    замуж, и милость при согласии будет от него..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот двадцать третья ночь
    
       Когда же настала шестьсот двадцать третья ночь, она  сказала:  "Дошло
    до меня, о счастливый царь, что везирь сказал царю Шамсад-Дауле: "Джудар
    хочет к тебе приблизиться, женившись на твоей  дочери".  И  царь  сказал
    ему: "Выкуп уже прибыл ко мне, - моя дочь - служанка для  услуг  ему,  и
    милость при согласии будет от него".
       И они проспали эту ночь, а наутро царь собрал диван и призвал туда  и
    избранных и простых, и явился Шейх-аль-ислам [512], и Джудар посватался  к
    царской дочери. И царь сказал: "Выкуп уже прибыл". И написал брачный до-
    говор. И Джудар послал за мешком, в котором были  драгоценности,  и  дал
    его царю как выкуп за его дочь. И забили барабаны, и  запели  флейты,  и
    стали нанизывать ожерелья торжеств.
       И Джудар вошел к девушке, и стали они с царем как единое,  и  провели
    вместе несколько дней, а потом царь умер, и воины начали просить  Джуда-
    ра, чтобы он стал султаном, и все время соблазняли его, а он  отказывал-
    ся, но потом согласился, и его сделали султаном, и  он  велел  построить
    мечеть на могиле царя Шамс-ад-Дауле и назначил деньги на ее  содержание.
    И мечеть эта находится в квартале лучников, а дом Джудара был в квартале
    йеменитов [513]. И когда он стал султаном, он построил здание и мечеть,  и
    квартал назвали его именем, и стал он называться квартал Джудара.  И  он
    пробыл царем некоторое время и сделал своих братьев везирями:  Салима  -
    везирем правой стороны и Селима - везирем левой стороны,  и  те  провели
    так год, не больше. А потом Салим сказал Селиму: "О брат мой,  до  каких
    пер продлится это? Неужели мы проведем всю жизнь слугами  Джудара  и  не
    порадуемся власти и счастью, пока Джудар будет жив?" - "А как  нам  сде-
    лать, чтобы убить его и взять от него перстень и мешок?" -  спросил  Се-
    лим. И потом Селим сказал Салиму: "Ты умней меня, придумай же  хитрость;
    может быть, мы убьем его". - "Если я придумаю хитрость, чтобы его убить,
    - сказал Салим, - согласишься ли ты, чтобы я был султаном, а ты  везирем
    правой стороны и чтобы перстень был мне, а мешок тебе?" И Селим ответил:
    "Согласен!" И они сговорились убить Джудара из любви  к  благам  мира  и
    власти.
       А потом Селим и Салим придумали против  Джудара  хитрость  и  сказали
    ему: "О брат наш, мы хотим похвалиться тобою. Войди же к нам  в  дом,  и
    поешь нашего угощения, и залечи нам сердца".
       И они обманывали его и говорили ему: "Залечи нам сердца и поешь наше-
    го угощения", пока Джудар не сказал; "Это не плохо! В чьем же доме будет
    угощение?" И Салим ответил: "В моем доме, а когда ты съешь мое угощение,
    ты поешь угощение моего брата". - "Это будет не плохо!" - сказал  Джудар
    и пошел с Салимом к нему в дом. И Салим поставил ему угощение и  положил
    в него яду. И когда Джудар поел, мясо у него размякло, и он  упал  мерт-
    вый.
       И тогда Салим поднялся, чтобы снять у  него  с  пальца  перстень,  но
    перстень не поддавался, и Салим отрезал палец ножом, а  потом  он  потер
    перстень, и марид явился к нему и сказал: "Я  здесь,  требуй,  чего  хо-
    чешь!" - "Возьми моего брата Селима и убей его, и унеси обоих, отравлен-
    ного и убитого, и брось их перед воинами", - сказал Салим.
       И марид взял Селима и убил его и поднял обоих убитых  и  вынес  их  и
    бросил перед начальниками войска. А они, сидели за трапезой  на  балконе
    дома и ели, и когда они увидели, что Джудар и Селям  убиты,  они  отняли
    руки от кушаний, и их взволновал страх, и они спросили марида: "Кто  со-
    вершил с царем и везирем такой поступок?" - "Их брат Салим",  -  ответил
    марид. И вдруг Салим вошел и сказал: "О воины, ешьте и веселитесь! Я ов-
    ладел кольцом моего брата Джудара, а вот марид - слуга кольца, стоит пе-
    ред вами. Я велел ему убить моего брата Селима, чтобы он не оспаривал  у
    меня власти, так как он обманщик, и я боюсь, что он меня обманет. А  вот
    Джудар, он теперь убит, и я стал над вами султаном. Согласны ли вы? Если
    нет, я потру кольцо, и слуга его перебьет вас, и больших и малых..."
       И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
    
    
       Шестьсот двадцать четвертая ночь
    
       Когда же настала шестьсот двадцать четвертая ночь, она сказала:
       "Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда Салим  спросил  воинов:
    "Согласны ли вы, чтобы я стал султаном? Если нет, я потру кольцо, и слу-
    га его перебьет вас, и больших и малых", - воины сказали ему:  "Мы  сог-
    ласны, чтобы ты был царем и султаном".
       И Салим велел похоронить своих братьев и собрал  диван,  и  некоторые
    люди шли вслед за похоронным шествием, а другие шли перед Салимом.
       А когда пришли в диван, Салим сел на престол,  и  ему  присягнули  на
    царство, и после этого он сказал: "Я хочу написать брачный договор с же-
    ной моего брата". - "Когда пройдет время очищения", - сказали ему, но он
    воскликнул: "Я не знаю  ни  очищения,  ни  чегонибудь  другого!  Клянусь
    жизнью моей головы, я непременно войду к ней сегодня ночью!"
       И ему написали договор и послали уведомить жену  Джудара,  дочь  царя
    Шамс-ад-Дауле, и та сказала: "Оставьте его, пусть входит".
       А когда Салим вошел к ней, она показала ему радость, и приняла его  с
    пожеланиями простора, и положила ему в воду яд, и погубила его, а  потом
    она взяла кольцо и сломала его, чтобы не владел им  никто,  и  проткнула
    мешок. А затем она послала рассказать об этом шейхаль-исламу  и  послала
    сказать эмирам: "Выберите себе царя, чтобы он был над вами султаном".
       И вот то, что дошло до нас из рассказа о Джударе,  до  конца  и  пол-
    ностью.